— Да, представь себе, — ответил он и дотронулся до моего обнажённого плеча. — Женя, не спи.

— Отстань, — пробурчал я. — И вообще, где моя жена, которая должна караулить мой сон и не впускать к нам в номер слишком зацикленных личностей?

— Твою жену срочно утащил Дроздов, чтобы оформить какие-то документы о прохождении удачной практики, — Мамбов потянул подушку. — Маша не стала тебя будить, а пришла ко мне и попросила растолкать тебя ровно в девять. А также помочь смазать шрамы. И вот я здесь, на часах девять часов и мазь уже заждалась.

— Отдай мою подушку, — возмутился я, когда ему удалось сдвинуть её с моей головы.

— Вставай. Приехал юрист и сказал, что придёт к десяти в твой номер. А нам надо тебя ещё мазью натереть. — Невозмутимо заявил Мамбов. — Женя, мне воду принести и окатить тебя как следует?

— Так, что ты сказал про юриста? — я продрал глаза и сел на кровати.

— Юрист приехал, наконец-то, и придёт в десять сюда. — Повторил Мамбов.

— Олег, объясни мне, почему ты начал меня будить с идиотских вопросов про свой проигрыш и ничего сразу не сказал про юриста? — я поднялся и побрёл в ванную.

— Потому что для меня этот вопрос в приоритете, — крикнул мне Мамбов, а потом добавил. — Пойду, тоже себя в порядок приведу. Рубашку не надевай, если я не успею вернуться к тому моменту, как ты наплещешься. И вообще, ты кот. И в то же время обожаешь воду. Рысев, это даже звучит неприлично!

— Вот такой я неправильный кот, — пробормотал я, включая воду.

Стоял под струями довольно долго, но, хотя бы проснулся окончательно. Когда я вышел, Мамбов стоял перед дверью в ванную.

— Я уж думал, что ты утонул, — проговорил он. — Садись, будем проводить процедуры, а то до прихода юриста не успеем. И упускать его нельзя, потому что с него станется опять куда-нибудь исчезнуть, и мы проторчим в этом форте, от которого меня уже тошнит до самого бала.

— Штаны дай надеть, — сказал я, направляясь в одном полотенце к кровати.

— Надевай, — махнул рукой Мамбов и отошёл к столу, открывая банку с мазью.

Не знаю, может быть, это было связано с тем, что Маша наносила мазь очень нежно, а Мамбов просто размазывал её своими граблями, но сегодня было как-то слишком уж болезненно. Закусив губу, чтобы не застонать, я попытался отрешиться от происходящего. Отрешиться не слишком-то и удалось, зато полезли воспоминания вчерашнего вечера.

— Сыграем? — спросил я, глядя на Олега в упор.

— Хм, — он задумался. — А знаешь, это будет хороший опыт, — Мамбов кивнул. — Я не играю по-крупному.

— Вполне логично, учитывая, что игра для тебя не средство обогащения, а способ забыться и выплеснуть плохое настроение, — я улыбнулся и повернулся к портье. — Приступим, пожалуй.