— Женя, как только откроют портал, я сразу же отправлю письмо дяде, объясню, что я не могу выйти за этого подонка, — тут она наклонила голову, и я почувствовал у неё на лбу испарину. — Что-то мне нехорошо, — простонала Маша.

Я нахмурился и сел, укладывая её на подушку.

— Посмотри на меня, — приказал ей, потому что не хотел терять на уговоры время.

Она послушно распахнула глаза, и я увидел, как они полыхают синим огнём. Представив себе метроном, я сконцентрировался на бешено пульсирующей жилке на шее девушки. Секунда, и я уже видел каналы, которые словно налились изнутри, пытаясь расшириться, вот только им было некуда расширяться. Тело Маши не было подготовлено к такому мощному приёму энергии. Каналы просто не выдерживали, и с этим нужно было что-то делать и немедленно.

— Маш, ты собраться сможешь? — решительно спросил я её.

— Куда и зачем? — прошептала она.

— Ты у меня пока поживёшь. Твоих слуг нет, и я так или иначе не оставил бы тебя здесь одну. А теперь и подавно.

— Это неприлично, — но она села и принялась натягивать блузку, которая каким-то волшебным образом оказалась на кровати.

— Плевать, — я соскочил с постели и принялся быстро одеваться. — Твоё здоровье важнее сплетен. Тем более, ты не забыла, что я тебе соблазнил и развратил? И, надо сказать, до последнего мне ещё трудиться и трудиться. Не могу же я рисковать своей репутацией развратного повесы?

— Действительно, что мой будущий муж скажет, когда поймёт, что ему брак после тебя достался, — у Маши хватило сил хихикнуть.

— Твой будущий муж скажет, что он в своё время здорово постарался, и теперь может наслаждаться своими усилиями, — ответил я, поймав её удивлённый взгляд. — Что? Когда я говорил, что ты не выйдешь за Ондатрова, то, это значит, что ты выйдешь за кого-то другого. В данном случае, речь идёт обо мне.

— Женя, ты мне предложение делаешь? — она замерла с курточкой в руках.

— Нет, разумеется. Ты должна была просчитать последствия, когда меня соблазняла внизу. Например, я прекрасно осознавал, на что шёл, укладывая в койку невинную девицу из благородного семейства.

— Женя, мы с тобой потом на эту тему поговорим, — ответила Маша, поджав губы. И тут же поднесла руку ко лбу и покачнулась. Я успел её поддержать.

— Всё, хватит болтать, пошли уже домой. — И я подхватил её на руки, чтобы побыстрее спуститься по лестнице, а не караулить каждый её шаг, пытаясь не пропустить момент, когда она кувыркнётся со ступенек.

Уже у двери, я опустил её на пол. Маша стояла вроде бы твёрдо на ногах, но глаза её горели лихорадочным огнём, прерываемым яркими синими всполохами.