Пленные, увидя это, резко заволновались, попытались вскочить, но были остановлены прикладами и ударами по ногам.
— Первый, а они нам вообще нужны? — спрашиваю у куратора. — В расход всех, кроме фигурантов. Могу сам исполнить, — мир станет только чище.
— Нет, не нужны, — он сделал какой-то знак рукой, и штурмовики, стоявшие чуть позади пленных, сделали по одиночному выстрелу. Четыре тела, включая «говорливого», повалились на пол.
Одна из девушек изобразила обморок, но Док быстро привёл в чувство. Лишь для того, чтобы просунуть их головы в петли, поставить на табуреты и натянуть верёвки.
— Нравится? — спрашиваю у тварей, изнасиловавших и убивших мою дочь. — Кровная месть в действии.
— Не трогай их! Ты не мужчина! — выкрикнул двоюродный брат Таймураза.
— Я не мужчина? А ты, значит, настоящий мужчина⁈ Изнасиловать и убить несовершеннолетнюю девочку!!! Из-за чего потом покончила с жизнью её мать. Щас покажу, кто тут натуральный не мужчина…!
— Парни, зафиксируйте, чтобы не дёргался. Док, приготовься закрыть рану, дабы не умер от потери крови, — мои приказы по-прежнему выполняют.
Ножом режу брюки вместе с ремнём, следом трусы, рукой в перчатке хватаю причиндалы в комплекте и резким движением снизу вверх отрезаю ненужное этому «не мужчине». Но на этом не останавливаюсь. Запихиваю отрезанное в раззявленный в крике рот, хватаю рулон скотча и заматываю.
— Док, перевяжи его.
Этой же процедуре подвергаются двое других, они кричат, умоляют не трогать, плачут. Не понял, думают, останутся в живых? Хотя, это, наверное, свойство человеческой психики: надеяться на лучшее. Их ждёт большое разочарование.
Док наскоро перевязывает ущербным пах, от асфиксии умрут быстрее, чем от потери крови:
— В петли их! — бойцы исполняют мою волю.
— Вот и конец! — мрачно выдыхаю я, подходя к бледным жёнам двоюродных братьев Таймураза. Удар ножом в живот на полную длину клинка, многоголосое мычание жертв, выбиваю табурет из-под ног. — Первая…
— И вторая, — повторяю действия, не испытывая ни капли сожаления, страха или сострадания. Слабым быть нельзя.
— Мне нравится, а вам? — с кровожадной усмешкой говорю стоящим на табуретах парням, которые явно меня проклинают. Мне от этого точно ни жарко, ни холодно. Глядя назад, не стал бы поступать иначе. — Ну что, пора и вам отправиться на встречу с Аллахом. Желаю, чтобы он выдал вам по сорок девственниц, но забыл пришить член! — громко рассмеялся своей шутке.
Выбиваю табуреты из-под ног братьев Таймураза, те начинают дёргаться всем телом, только сильнее затягивая узел. Думаю, душа Дианы, будь она здесь, одобрила бы возмездие.