— Нет человека — нет проблемы?
— В точку.
— Придёте к власти, не боитесь, что против России ополчатся все остальные страны?
— Так и будет, без вариантов. Запад привык грабить нашу страну, и терять такую кормушку не захотят. Спасёт только наличие ядерного оружия. Даже «мелкотравчатые», которые сейчас у власти, понимают, что без ЯО их власти конец, попросту заменят на более удобных «своих», и в своё время отказались снять его с боевого дежурства. Типа: грабите — грабьте, но и мы хотим часть, и чтобы нас не смели тронуть.
— Где расписаться кровью?
— На трупах врагов, — усмехнулся Виктор.
Глава 3
Вот уже четвёртый день я на какой-то тренировочной базе хрен пойми где — везли сюда в наглухо зашторенном минивэне. Конспирация: не знаешь, где был — не выдашь местоположение.
Перед отъездом выдали мой же телефон, чтобы обзвонил всех тех, кто стал бы беспокоиться о моей пропаже. На работе попросил у шефа отпуск за свой счёт, подозревая, что туда уже не вернусь.
После этого меня вместе с двумя молчаливыми «пацанами» — телохранителями пересадили в минивэн сопровождения, и повезли в неизвестность.
На базе скучать не дали:
— Мой позывной Батя, — поприветствовал инструктор в балаклаве. Впрочем, и я, и все остальные, кто тут был, носили такой же «головной убор», не снимая.
Разместили в одноместных «нумерах» с собственным санузлом, кормили в них же, без посещения общей столовой. Общение между «учениками» строго запрещено.
— Времени у нас немного, что успеем — то успеем. За мной, бегом марш! — начали мы с километровой пробежки.
Далее устройство пистолета ТТ с глушителем, отстрел пачки патронов, разборка — чистка — сборка. Снова пробежка: «для прокачки выносливости» — как выразился Батя.
Следующая пачка — отжимания. Пачка — приседания. Пачка — опять пробежка. Пачка — другие упражнения. К концу дня мечтал, чтобы меня просто пристрелили.
— Балаклаву не снимать, приготовиться к медицинским процедурам, — скомандовал Батя, отконвоировавший меня в выделенную жилплощадь.
— Как именно приготовиться? — от усталости тупо спросил у инструктора.
— Хотя бы морально, — заржал тот. — Завтра подъём по будильнику, услышишь, — развернулся и ушёл.
Появились две женщины — медика и довольно бесцеремонно вкололи мне восемь шприцов, пройдясь почти везде: вены, плечи, полупопия, бёдра.
После данной экзекуции наконец-то позволялось снять балаклаву, поужинать и завалиться спать.
Продрых всю ночь без сновидений и даже как будто не ворочаясь. Разбудил довольно неприятный зуммер, постепенно повышающий громкость.
— Всё, встал, — обращаюсь в окружающее, чтобы выключить будильник из динамиков.