— Ну так и противник его был серьезнее, — заметил другой мальчишка.

— Да что ты там знаешь о его сопернике, — отмахнулся Маэль, — Тебя же там не было, сам только морды поколотил, никого не убил. Слабак.

— Я вот, если бы не нужно было сдерживаться, не получил бы ни одной царапины! Не то что ты, — а потом глаза его скользнули по телу Зур’даха, — А у тебя-то, — сказал он задумавшись, — Ни царапины. Я и не заметил поначалу.

Зур’дах поднял руку. Там, на костяшках, были небольшие кровавые трещинки после боя с троллем. Вернее, должны были быть.

— Ой! Уже зажили. — искренне удивился он.

— Я ж говорю — ни царапины.

Только показывая Маэлю метки Зур’дах понял, что боль ушла. Незаметно. И шрамы покрылись кровавой коркой.

Интересно, — подумал гоблиненок, — А кожа там будет такая же крепкая как раньше? Тот дроу сказал что будет, но откуда ему знать?

— Мы первые! — вдруг гордо сказал Маэль, невольно скривившись от боли. Хоть поначалу остальным детям было не так больно как Зур’даху, но теперь у него боль прошла, а у них — еще нет. Все же чем выше был круг, тем мощнее регенерация.

— Остальные, те кого не взяли на бои, — сопляки, а мы уже бойцы! У нас с вами есть метки, — у вас конечно дерьмовенькие,- но всё же.

Остальные, впрочем, хоть и улыбнулись, но радости не разделяли. Натянуто это было как-то. Хотя то, что все выжили и никто не получил серьезных ран было явно хорошим знаком.

После появления Варгуса в повозку дополнительно загрузили два ящика каких-то товаров и лишь после этого они тронулись в путь, расталкивая всех по пути.

— Брысь, шваль! С дороги, уроды! — рявкнул дроу-возница, — Ублюдки вонючие! Сейчас хлыстом огрею!

Пока они выезжали, Зур’дах вновь вернулся мысленно к….нет, не к троллю, а к жуку-рогачу. Это было важнее.

Что это было? Выверт мозга? Помутнение сознания? И почему всё ощущалось настолько реально, как никогда не бывает во сне? — Он не знал.

Зур’дах посмотрел на свои руки-ноги.

Тогда, когда он всё переживал вместе с жуком, он точно знал как цепляться этими лапками, точно знал где на них находятся тонкие крючки, помогающие лазить по коре дерева. То, чего знать он не мог. Это знание осталось с ним и сейчас. Он знал как орудовать головой с рогом. Это было совершенно естественно. И это был лишь один фрагмент памяти. Рефлексы как действовать, даже как распахнуть крылья и летать, — всё это он теперь знал. Знал он и то, что летал жук редко. Это было непросто для него.

В дополнение к этому, теперь Зур’дах четко знал, что полет — небезопасно. Слишком много тварей, пытающихся сожрать тебя во время пути. Эти знания словно с запозданием воспринимались Зур’дахом.