Короче, избавляться от перстня было нельзя. А вот припрятать очень бы стоило.

— Иначе привлечете ненужное внимание, — объяснила Катерина, готовя Волконского к спуску. — Все-таки на улице встретить носителя семейной реликвии довольно сложно. Вы можете навлечь на себя беду.

Вообще, служанка приложила немало сил, чтобы отговорить своего «подопечного» от подобной прогулки. Однако Павел в этот раз затолкал здравомыслие так далеко, что блондинке найти его попросту не удалось. А уж когда он начал излагать СВОИ планы добраться до первого этажа, она вспомнила про поговорку: «Не можешь предотвратить — возглавь!».

Первые признаки жизни появились на тридцать втором этаже. Павла окликнул пост из трех бойцов, обряженных в серьезную броню. Они смеялись и шутили столь беспечно, явно никого не ожидая здесь увидеть, что парень едва ли не проскользнул мимо. Он уже сделал первый шаг на следующий пролет, готовясь оставить троицу за спиной, как его догнал резкий окрик:

— Стоять! Замер!

Поскольку приказ сопровождался лязгом затворов автоматических винтовок, Павел решил не спорить.

— Руки за голову! Немедленно! — продолжали сыпаться команды.

Сердце Павла екнуло, однако вместе со страхом, он ощущал какое-то неизвестное ранее предвкушение. Словно посетитель ресторана, ожидающий, пока шеф-повар приоткроет крышку блюда, явив благодарным гостям очередной свой шедевр.

— Замер, стою! — откликнулся парень, исполняя требование.

— Молчать! — заорали сразу два голоса. — Еще слово — стреляю!

Вот тут несостоявшемуся корпорату стало совершенно не по себе. Он ведь даже фамилию назвать свою не успеет, ежели чего! Да и поверят ли ему?

— Не оборачиваться! — потребовал, очевидно, командир тройки. — Три шага назад!

«Сложно!» — оценил молодой человек аккуратно «нащупывая» ногой каждый свой шаг. Еще сейчас упасть не хватало.

— Замер!

Павел застыл все так же не опуская рук.

— Пошла идентификация, — негромко сообщил кто-то за спиной молодого человека, похоже, обращаясь к командиру.

Через несколько секунд по лестничной площадке, на которой располагался полноценный бронированный контрольно-пропускной пункт, разнесся негромкий тоновый сигнал.

— Прошу простить! — еще через миг прозвучал голос командира. — Вы можете опустить руки.

Спорить Волконский, понятно, не стал. Он не только опустил руки, но еще и обернулся. К тому мигу трое бойцов в черном камуфляже, уже успели натянуть маски-шарфы на лица. Никому не хотелось ЛИЧНО отвечать перед обладателем столь высокого статуса.

— Приносим вам свои извинения, господин! — тут же шагнул вперед командир.