— Ставлю на голосование. Кто за поездку без польских командировочных? Кто против? Я один — против, но поперёк коллектива не иду. Барышня! Давайте марочки.

Вечером к нам в номер с Ваней зашла Валентина, затянутая в трико и белый облегающий гольф до середины бёдер. Фигурка вполне, не придерёшься, жаль, что коленки не видны. Сексуально — да, но ещё это довольно удобная нижняя одежда под комбинезон. Мы с напарником напялим на себя нечто похожее, но куда больше размером. Заметил, она совсем не разделяла моего скепсиса по поводу косяков организации.

— Сергей Борисович! Я понимаю, вы в Париж ездили, но для наших это же первая заграница! Хоть бы одним глазком увидеть…

— Одним глазком — смотри «Клуб кинопутешественников». Заграницу хочется на зуб попробовать. А у тебя даже на мороженое пары злоток не найдётся.

— Так холодно, минус… Какое мороженое! Я как врач — против.

— Капитан другое имеет в виду, как ты не понимаешь, — встрял Иван. — К нам наплевательское отношение началось ещё до старта. А предстоит гонка с опасными допами. Да, холодно, и гололёд тоже будет. У нас резина зимняя, но без шипов. Мало ли что ещё! А Виктор Матвеевич заботится только свою валюту отоварить. Мы можем полагаться только на самих себя.

Валя присела на мою кровать. Девушка и кроватка — какое прекрасное сочетание! Но, увы, разговор шёл деловой.

— Парни… у меня есть старое обручальное кольцо от двоюродной тётки. Можно его в Польше отдать в скупку или куда ещё?

Я пожал плечами.

— Бери. Много места не займёт.

— Хорошо. Возьмёте меня на доп под Смоленском?

— Женщина на корабле — к беде, — философски заметил штурман.

— Но наша красная — ни разу не «Титаник». Хорошо, Валя, берём. Только, радость моя, едешь с нами от самой Москвы. Понимаешь, что это означает?

— Удачу?

— Клизму. Не наедайся и с утра побалуй свою попку. До Минска у нас только одна остановка — на заправку после допа, облегчиться-отбомбиться не получится, разрешу один быстрый пис-пис в кусты.

Похоже, литовский тренер не вполне просветил её об особенностях жизни в машине на дальних перегонах, а это ещё не самый длинный.

— Понимаю. Хорошо.

— Клизма есть? Могу одолжить нашу и вазелинчик. Ивана дам — он умеет ассистировать.

— Я же — врач! — возмутилась Валюха, догадавшаяся, что дальнейшие разговоры о процедуре неизбежно перетекут в хиханьки-хаханьки. — Сама себя обслужу!

И ушла.

— Обслужил бы и вставил бы. Клизму. Но она на тебя смотрит, кэп, — реалистично оценил свои шансы штурман, отягощённый главным недостатком в глазах девушки 24-х лет — женатостью. — А ты — чего не?