Мы с Мариной и Машкой занялись продовольственной программой, распаковав харьковские запасы, во многом дублировавшие доступное в Белоруссии, и зачем это было тянуть издалека, а также закупленное тестем и мамойдорогой. Я соорудил импровизированный стол. Горячее Марина разогрела на газовой плите, питаемой от баллона.

— Как ты думаешь, наши поладили? — шёпотом спросил супругу.

— Отцы — точно. Мальчики — они всегда дети, даже если это дети пенсионного возраста. А тут сразу две игрушки! Даже завидно, как мало им надо для счастья.

— Марина! — вступилась сестра. — Ты и Серёжу этим обижаешь. Он — что, тоже просто с игрушками возится?

— Ну что ты! Сергей научился из игрушек делать неплохие деньги, сочетая развлечение с профессией. Но порой тоже ребёнок. Видела когда-нибудь подростков, вывалившихся в грязи? Например, на стройку забрались?

— Конечно!

— Вот мой муж — такой же. На ралли в Астраханской области вылез из МАЗа, так я его от штурмана только по росту отличила. По десять кило грязи на каждом. И дово-ольные! Как слоны после водопоя.

— Трудно представить.

— Да, Машуля. А ещё вообрази, там две женщины были, одной тридцать, другая как я. Обе перевернулись на МАЗе, искупались в какой-то жиже, одна шлем сняла — из шлема грязь течёт! Но обе вполне радостные, только уставшие. Отгородились, вымыли друг дружку из шланга, словно свой грузовик помыли, и отправились на награждение, сияя как новенький юбилейный рубль.

— Бр-р! Никогда не поверю, чтоб мой брат польстился на такую. Он — эстет, правда?

— Правда! — я не стал напоминать, что в Харькове сестра выставила меня лузером на женском фронте. — Маш, а у тебя как с личным? Парень есть?

Пожалел, что спросил.

— Никак. Тот, что нравился мне, на меня даже не смотрел, потом уехал в другой город, перевёлся. Липнут сразу двое, даже подрались между собой, я их держу на расстоянии и дразню.

— Возьми у Марины мастер-класс. Вот уж кто умеет манипулировать мужиками.

— Ты себя имеешь в виду? — спросила моя неестественно ровным тоном.

— Ты способна ГАИшника, остановившего за превышение скорости, заставить мчаться впереди с включёнными сиреной и мигалками, лишь бы не опоздать в процесс на другом краю города. Машка подобному не научилась.

— Хорошо бы! — призналась сестра.

Значит, личная жизнь у неё сложилась не так, как в той реальности. Там уже на первом курсе любовь-морковь, «мама и папа, вы не понимаете, это на всю жизнь» и так далее.

Наконец, родители-автомучители отмыли грязные руки, их жёны оставили в покое зелёные насаждения, все сели за стол — кушать, пить, произносить дежурные тосты «за знакомство», «за молодых», и это продолжалось до тех пор, пока не стемнело и не начала досаждать мошкара.