Я всматривался в лица китайских товарищей и отчего-то думал о Мао. Старший сын зажиточного крестьянина из китайской глубинки, он стал одним из величайших политических деятелей ХХ века. Желание освободить свою страну от иностранной зависимости, поднять её с колен и обеспечить ей достойное место в кругу великих держав привело юное дарование к коммунизму. Таких тогда в Китае было много, ведь рядом во весь рост встала Советская Россия, показавшая миру пример успешного восстания в отсталой стране. Но если другие после изучения марксизма-ленинизма в Москве начинали усиленно искать в Китае пролетариат, что приводило только к поражениям, то Мао, лучше всех знакомый с реальной жизнью огромной страны, смог осознать и выбрать единственный путь, который и привёл китайских коммунистов к победе.

Мао успешно решил свою национальную задачу: Китай освободился от иностранного влияния, сначала западного, а затем советского. В моей истории начиная с 70-х годов смог начать строить отношения с великими державами уже на иной, равноправной основе. Но была и задача социальная, в представлении Мао уходящая куда-то в метафизику. Совместив Маркса с Цинь Шихуанди, изменить Китай так, чтобы он больше никогда не оказался в такой яме, как в начале XX века, вырвать его из бесконечного колеса «династических циклов», изменить в итоге самих китайцев.

Следующим поколениям партийных лидеров это отчасти удалось. Эксперимент над человеческой природой ушел в футуристическое будущее. Одна система социальных рейтингов, что значит. Проблема лишь в том, что от реального социализма у Китая осталось в итоге мало. Великая страна с коммунистической партией во главе, с капиталистической экономикой, псевдосоветской управленческой структурой власти и империалистической экспансией во внешний мир. Такому строю путь к коммунизму закрыт.

— Председатель Гофэн, мы никак не можем повлиять на аппарат «Северных областей». Они с самого начала кризиса проявляют самостоятельность. И мы не вправе ее ограничивать по закону. Разве не так? Наша задача: следить за порядком, облегчая вашу зону ответственности.

По лицу председателя Госсовета Хуа Гофэна сложно что-то прочитать. Он похож на китайского болванчика, бесстрастно взирающего на мир. Постоянно заявляет себя верным последователем Мао. С трудом под давлением военных разрешил разгон хунвейбинов. В моей истории стали переходящим лидером постмаоистской эпохи. Здесь же нацепил себе почетное имя «Председатель» и отодвинул в сторону более мудрого Чжоу Эньлая. Что мне от него ждать?