Но успех на Западе материка отозвался дичайшими событиями в Китае. И вся эта чехарда с убийством Мао и дальнейшей эскалацией заставляет думать о том, что имело дело внешнее вмешательство. Мы же с ним почти договорились. У каждого свой социализм, но общий враг. Мао Цзэдуна согласился на то, чтобы политическая риторика велась между идеологами. А мы оставались при этом государственниками и решали более глобальные задачи. Но не сложилось. Кто-то пробует воспользоваться глубокими трениями внутри компартии. И я этот момент прозевал. Малое количество агентуры и постоянная закрытость китайцев мешали разобраться в хитросплетении связей внутри огромной страны. Тут бы с собой разобраться!
Первые успехи по блокированию национализма вскоре наткнулись на пока непреодолимые препятствия. Машеров точно спасует, литовских нациков зачистили мы. Так что срочно ищу ему помощника. Речь нового Генсека о славянском братстве на Украине приняли прохладно. Щербицкий поддержал «Киевских» и слишком ревниво относится к своей республике. Снова замелькали блакитные «шаровары». Резко снимать былого передового назначенца нельзя. Будет скандал. Белорусского лидера пока не воспринимают, как всесоюзного. Я такую ситуацию предвидел и поэтому рассчитывал на кого-нибудь другого, чтобы дать Мироновичу крепко обосноваться в Москве.
Все поменялось во время одного из «кризисов», когда я снова загремел в Барвиху. Как бы ни следил за здоровьем, но оно уже подводит. Чазов утверждает, что впереди при должном уходе достаточно лет жизни. Но нервов тратиться больше, чем у того Ильича. В этом мы с ним разные. Сие обстоятельство отметили все родственники. С братом у меня нового отношения не сложились. Но тут он мог сослаться на должность. Мол, загордился Ленька. С Викторией Павловной отношения в целом прохладные. Но таковыми они были давно. Вскрылось тут, что Ильич был бабником отменным. Пришлось пару раз разрулить пару весьма щекотливых ситуаций. Жаль тут, пока нет генетической экспертизы. Похоже, что потомков у него больше.
Так что из подходящих кадров оставался лишь Машеров. Нет, были более деятельные и яркие люди. Имеющие больший опыт. Но я смотрел дальше. «Технический Генсек» с нашей привычкой к византийским интригам мог завести совсем не туда. А у меня могло уже не быть сил и влияния. Хотя нет, это останется до конца. Материала и компромата на всех с излишком. И не все заветные папочки донесены до Машерова. Пусть переварит сначала что есть. Но чем меня привлек этот долговязый мужчина?
Харизма! Очень яркая и, даже, можно сказать, солнечная. Я часто замечал, как вокруг него тут же начинаются улыбаться люди. Это не заработать политическими очками или воссоздать политтехнологиям. Это должно быть в человеке изначально, и над этим следует работать всю свою жизнь. Так что у меня и выбора, собственно, не существовало. Даже после кардинальной перетряски основная кодла Политбюро выглядела несколько уныло. Были неплохие специалисты, крепкие секретари с нужной закваской, но не имелось ярких личностей. Не вырастили на шестом десятке лет существования государства.