Красные флаги на кораблях вызвали у местных прилив незабываемого энтузиазма. Через некоторое время даже пришлось запретить личному сходить на берег. Испанские мужчины пренепременно старались щедро угостить моряков, а дамы откровенно тянули симпатичных и крепких ребят к себе домой. Ну кто может против таких знойных красоток устоять? Даже молодых лейтенантов прихватили «на горячем». Но судя по их блаженным лицам, оно того стоило. Замполиты и особисты сначала малость офигели от беспардонного поведения барселонцев, а потом стали настойчиво «стучать» непосредственным командирам и в Москву. Ховрин на подобные шалости личного состава посматривал сквозь пальцы. Он уже давно служил на флоте. Нужно выпустить парням пар. Но партийное руководство считало иначе.

«Честь советского моряка пострадала!» Это из-за пинты вина или ласк знойных красоток?

Звонили из штаба флота.

— Николай Иванович, на Кипре дела совсем кислые. Турки влезают по самое не балуй, — судя по голосу адмирала Горшкова, на деле обстановка действительно накалилась. — Так что принято решение перекинуть вашу эскадру туда.

— Выходим все?

— На «Нахимов» я доложу сам. У него будет собственная задача. Твоя — защитить его и обеспечить работу. Обеспечение подойдет из Александрии, а также противолодочники из Тартуса. Разведку обеспечат ТУ-16 из полка разведки в Египте, а также П-42 с Тартуса. Готовь принимать под командование лодки.

— Будет исполнено, товарищ адмирал.

На том конце после некоторого молчания произнесли:

— Осторожно там, Николай Иванович. Может быть, очень горячо. Береги людей.

Адмирал Ховрин еще раз оглядел рубку связи и протянул руку к телефону внутренней связи, набрав дежурившего на мостике старпома.

— Общий сбор в ГКП срочно! Объявить по эскадре боевую тревогу. По готовности выходим в море.

Колесо морской фортуны завертелось. По кораблю была объявлена тревога, захрипели командами динамики, заголосили ревуны, турбины где-то глубоко внутри начали басовито раскручиваться, затем понемногу «запели», корпус крейсера задрожал. Матросы и старшины многочисленных БЧ ракетоносца занимали посты согласно боевому расписанию. То же самое происходило на остальных кораблях эскадры. На флагманском командном пункте собрались самые важные персоны.

Командир ракетного крейсера «Сварог» контр-адмирал Капитанец, начальник штаба 5-й ОпЭск капитан первого ранга Селиванов, представитель разведки кавторанг Шипунов, особист Стеблин и замполит крейсера капитан 1-го ранга Дубягин. Ховрин коротко глянул на разведчика, тот тут же начал доклад. Именно он получал в эти минуты последние донесения из Москвы. В штаб флота стекались все данные радио, авиа и космических разведок, а также иных спецслужб. Ховрин знал, что в случае нужды адмирал Горшков мог поднять с постели и Председателя Брежнева. Тот все еще продолжал внимательно отслеживать горячие точки международной политики.