Бронебашенная береговая батарея № 35 Главной базы Черноморского флота. Символ мужества защитников Севастополя. Пока Галина с внуками ходили по музею, я прогуливаюсь по берегу. Послеобеденное солнце не обжигает. Но все равно белый камень буквально бьет в глаза. До сих пор тут лежит скрученные железо, корпуса сброшенных бомб и упавших снарядов. А сколько костей находят у моря! Проклятый берег! Внезапно меня накрывает странными видениями. Потрескавшиеся губы жжет корка соли, жажда неимоверная, и начинаешь завидовать мертвым. У берега не видно дна: от него в море уходит широкая темная полоса. Это мертвые тела, качающиеся на волнах. А небо такое синее, какое бывает только в июле. Последние дни обороны Севастополя, мыс Херсонес. Там все еще остаются десятки тысяч советских офицеров и солдат, которые надеются на эвакуацию. В Одессе же получилось?
К 35-й батарее и Херсонесскому маяку продолжают подвозить раненых, подходят остатки воинских подразделений, идут женщины с детьми, до последнего надеясь покинуть город вместе с военными. Но по слухам вывозят лишь высший командный состав, для остальных не хватает самолетов, подлодок, катеров. Многие бойцы пытаются вплавь добраться до нескольких лодок, видных с берега, но те не подходят близко, опасаясь, что толпа отчаявшихся людей просто потопит утлые суденышки. Оставшимся деваться просто некуда: за ними море, впереди, в километре-другом, наступает безжалостная немецкая армия. Город уже фактически взят. Кому-то казалось, что можно спрятаться. Люди, прижимаясь к обрыву, надеются, что нависающие каменные карнизы их спасут. Немецкие бомбардировщики высматривают спрятавшихся и прицельно сбрасывают бомбы, «накрывая» несчастных каменным пластом.
Я пошатнулся, вызвав переполох среди личников. Откуда у меня такие яркие видения? Тут некий портал в мир мертвых? И я отчего-то к такому чувствителен.
— Леонид Ильич, вам плохо? Врача?
Лица телохранителей становятся суровыми. Они знают, что тут происходило тогда. Сам по себе помню: наше поколение еще чтило тех бойцов от всего сердца, да само показывало чудеса отваги. Кто не верит — вспомните восстание в лагере Бадабер. Было жутко через много дет читать о своих сверстниках. Какая им суждена страшная погибель. Мне сейчас все же легче, той войны не случится. Хотя нет. Погибать советские солдаты будут. Иначе не отодвинуть бессмысленные большие войны в будущем. Да и по моему мнению, чтобы держать армию в форме, ее части должен постоянно участвовать в боевых действиях. Из них будут набираться «псы войны», рекрутироваться кадры военачальников разного рода. При мне в армии уже завелась негласная традиция: генералом может стать только лично воевавший офицер. Не присутствовавший и не на вешавший себе медальки, как у нас в Сирии. А командир, непосредственно сражавшийся на линии столкновения. Так что у многих карьера застопорилась.