— Что у тебя, Любушка? — приторно сладко обратилась к вошедшей аж до оскомы вся такая домашняя и зубодробительно милая эдакая хозяюшка. При этом невысокая стройная женщина с достаточно невыразительного цвета едва розоватыми волосами, сейчас убранными под поразительно невзрачную косынку, одарила очень нежной улыбкой чуть даже не дрогнувшую от такого гостью.

— Письмо от дочери получила. С Рози́ всё в порядке, Ро́за, — поспешила уточнить прочистившая горло глава безопасности Зелёного Дома.

— Что пишет Виолетушка? — продолжила всё тем же, невероятно располагающим и успокаивающим тоном эта, некогда нереальной красоты женщина, которая встала во главе Дома после того, как ее лучшая подруга и самый верный соратник упокоила своих родителей. Когда те, мягко говоря, преусердствовали и в борьбе за титул уничтожили едва ли не всех Зеленода́льских, из некогда множества которых в итоге остались лишь дочка-грудничок Рози́н, ну и сама, ныне княгиня, Ро́зали Зеленодальская. Как раз с тех самых пор и ставшая такой себе «неопасной» серой мышкой и прям до ломоты в костях милой «мамочкой».

— Си́ничи — они начали! В игре за Пустоши ими сделан первый ход.

— Надо же, ты уверена, свет мой? — всё таким же ласковым голосом с материнскими интонациями поинтересовалась ее светлость у ее сиятельства.

— Вчера они подослали ряженного. Якобы дикаря. Опасного. Скользкого. Тот отыгрывал дурачка и спровоцировал местную шваль на конфликт. Мастерски, прямо скажем. Видимо, всё четко спланировал и изрядно подготовился. Один тамошний душегуб, после провокации этого вот с виду простака, взорвался словно накопитель Же́лтичей, ну и кинулся, — вызвав своей аналогией понимающую улыбку у княгини, графиня продолжила. — «Дикарь» же — разыграл все так, чтобы умертвить балвана… из пистолета. Показательно. Каково! Того, который под защитой — из пистолета!

— Занятно, девочка моя, занятно. И он, дай угадаю, до того терся рядом с нашими девочками и мог бы ухлопать любую из них без всяких проблем, я права? — уже нейтральным голосом, что заставило даже передернуть плечами докладчицу, поинтересовалась такая милая тётушка в простом сером платье и переднике для садовых работ.

— Совершенно верно, ваша светлость.

— Оставь, милая.

— Все так, Розали. Их охранные амулеты попросту были не готовы к такому. Да и ни у кого бы не были! Кому, Пустошь побери, придет вообще в голову таскаться с этой древней вонючей хлопушкой? — распалилась синеволосая, едва не потерявшая ребенка, а то и наследницу всего Дома с ней заодно. — Как, скажите на милость, охранным амулетам учуять такую вот, полностью немагическую смерть, да еще и без колюще-режущих частей или ядов? Лазу́ричи-то не закладывали подобного в свои охранители. А Беличи, которым всё и досталось от канувшего Лазурного дома, поговаривают, утратили сам секрет изготовления, а только и могут что продолжать штамповать амулеты старого образца. В общем, не видать нам обновленных охранителей. Да ты и сама всё это знаешь(махнув рукой).