Разговоры постепенно отошли от помолвки. Ковалёв говорил с одним из гостей о реставрации. Денис рассказывал что-то отцу, а Лена, заметив, что я почти не ем, незаметно показала на мою тарелку.
Я послушно взял вилку.
Константин Филиппович оказался напротив. Его расспрашивали о парижской выставке, и он с видимым удовольствием поведал, какие Дома будут участвовать. К разговору сразу присоединились ещё несколько человек.
— Александр Васильевич обещал привезти награду? — поинтересовался один из гостей.
— Обещал достойно представить нашу работу, — ответил я.
Дядя Костя отложил приборы.
— Александр Васильевич скромничает. Мы рассчитываем на Гран-при.
Василий улыбнулся, но спорить не стал. Алла повернулась ко мне. В её глазах было столько уверенности, что я уже не сумел добавить ни одной благоразумной оговорки.
После ужина гости вернулись в гостиные. Кто-то слушал музыку, кто-то остался за кофе. Графиня показывала Лидии Павловне обещанные образцы тканей.
Алла присела на диван возле окна. Я устроился рядом, впервые за вечер получив возможность просто побыть с ней, не отвечая на поздравления.
— Устала?
— Немного. Но всё хорошо.
Она посмотрела на зал. Её мать смеялась над какой-то репликой Лены, и веселье подхватили другие статс-дамы. Михаил Игнатьевич стоял рядом с Василием. За роялем пианистка меняла ноты.
— Очень хорошо, — повторила Алла тише.
Я взял её руку. Она осторожно прислонилась ко мне плечом. Некоторое время мы молчали.
Один из слуг подошёл с небольшим подносом.
— Алла Михайловна, здесь поздравления, которые просили передать вам лично. Её сиятельство велели принести, пока вы свободны.
Алла поблагодарила его и положила конверты на колени. В первом оказалась открытка от знакомой, которая не смогла приехать из-за болезни ребёнка. Алла прочла её, показала мне несколько строк и записала в телефоне напоминание завтра обязательно ей позвонить.
Следующий конверт был плотным, кремовым, с тонкой золотой рамкой. На нём напечатали оба наших имени.
Алла раскрыла его и вынула две узкие карточки.
— Саша, смотри.
Я наклонился ближе. Парижская опера. Два места рядом, в ложе. Дата приходилась на дни выставки.
— Мы ведь сможем выбраться на один вечер? — с надеждой спросила она. — Интересно, кто решил сделать такой подарок. На конверте есть имя отправителя?
Я уже собирался перевернуть конверт, когда заметил оставшуюся внутри карточку, и вытащил её на свет.
'Александр Васильевич!
Поздравляю с помолвкой. Жаль, что обстоятельства не позволяют мне появиться в Петербурге и поздравить лично. Надеюсь исправить это в Париже. У нас с вами остались незаконченные дела.