— Потому что ты уже распорядилась передвинуть другие вазы, — заметил подошедший Денис.
— Просто они мешали проходу гостей…
Девушки отошли, а Денис встал рядом со мной и протянул бокал.
— Вода. Тебе сейчас полезнее.
— Спасибо.
— Обращайся. Я ведь недавно тоже через это прошёл.
Он посмотрел вслед Лене. Сестра уже объясняла слуге, куда переставить цветы, а Алла, придерживая юбку, показывала свободное место возле окна.
Денис улыбнулся. Всё это время он смотрел на жену. Без тревожной настороженности, к которой мы успели привыкнуть за время её болезни. Просто ему нравилось на неё смотреть.
Ковалёв приехал вместе с Бельским. Глава Гильдии поздравил меня и направился к хозяину дома. Юрий Михайлович задержался, пожал мне руку и попросил сегодня не обсуждать расписание занятий. Я, впрочем, и не собирался.
К моему удивлению, среди гостей оказался и Дядя Костя. Он подошёл, когда я уже собирался вернуться к Алле.
Константин Филиппович выглядел так, словно регулярно посещал этот дом и знал здесь каждый уголок. Он поздравил меня и почтительно приветствовал подошедшую Аллу.
— Счастья вам, Алла Михайловна. Вы выбрали достойного человека. И благодарю вас за приглашение.
— Спасибо, Константин Филиппович, — улыбнулась Алла. — Как же я могла не пригласить человека, который вдохновил моего жениха на одну из его лучших работ?
Дядя Костя слегка поклонился.
— Польщён вашей оценкой, Алла Михайловна. Уверен, и европейцы оценят «Сингулярность» по достоинству. А вы, Александр Васильевич, постарайтесь не проводить за верстаком всё время, которое теперь принадлежит и вашей невесте…
— Мы уже договорились, — сказала Алла и заговорщически мне подмигнула.
— В таком случае мне нечего добавить…
Когда слуги убедились, что всем гостям хватило напитков, граф Самойлов попросил внимания.
Музыканты умолкли. Ещё несколько секунд в соседней комнате продолжался разговор, затем и там стало тихо. Михаил Игнатьевич дождался, пока все повернутся к нему.
Графиня стояла рядом с мужем. Её пальцы лежали у него на рукаве чуть выше локтя.
— Друзья, благодарю, что приняли наше приглашение, — начал Самойлов. — Сегодня мы с супругой хотим поделиться радостью, которая касается двух благородных семей.
Алла выпрямилась. Я чувствовал её руку на своём локте и, кажется, впервые за вечер сам затаил дыхание.
— Наша дочь, Алла Михайловна, приняла предложение руки и сердца от Александра Васильевича Фаберже. С согласия и благословения родителей мы объявляем об их помолвке!
Я посмотрел на Аллу. Она слушала отца, подняв подбородок, но в её уголках губ уже дрожала улыбка. В тот момент мне захотелось повернуть её к себе и поцеловать. Пришлось ограничиться тем, что я накрыл её пальцы ладонью.