«Разве это не была сделка?» — спрашивает Пит у девушки.

Она отвечает: «Только его слово, а его слово не стоит…» — и щелкает пальцами.

Дверь открывается, и входит Гринвелл.

«Привет!» — кричу я ему, и меня слышно за целый квартал.

Он поднимает руки. «Это было всего лишь временно», — говорит он. «Врач снял тампон. Теперь я слышу нормально». Он смотрит на глаз Пита.

«Он налетел на дверь», — объясняю я.

«А, — говорит Гринвелл и пожимает мне руку. — Вы, ребята, меня развеселили, но не думайте, что я не знал, что вы вытворяете. Тебя зовут Квинт, верно?»

Пит кивает и представляет меня.

«Мне нравится хорошее мастерство продавца, — говорит Гринвелл, — и я его узнаю, когда вижу. Чем ты занимаешься? Машиной для розлива?»

Пит с увлечением роется в своем чемодане с образцами. Он показывает Гринвеллу несколько круглых штуковин, и тот увлекается, словно гончая, уловившая горячий след.

Я говорю мисс Баркер: «Как насчёт того, чтобы зайти в то кафе-мороженое, бросить пятицентовик в музыкальный автомат и попробовать избавиться от хандры?»

Она пытается улыбнуться. «Я буду плохой компанией. Этот заказ значил для меня слишком много. Понимаете, папа получил травму и…»

«Не унывайте», — говорю я ей, беря её под руку. «В конце концов, потерять заказ время от времени — это часть работы. Это больно, но если продолжать ходить по домам, то всегда можно это компенсировать».

Она смотрит на Пита, но Пит даже не замечает её. Он без умолку болтает с Гринвеллом, постукивая пальцем по бутылке с образцом молока. Это типичный Пит. Гринвелл уже не клиент, раз сделка с молокозаводом Халлорана сорвалась, но он проявляет интерес, а это всё, что нужно Питу.

Мисс Баркер и я направляемся в кафе-мороженое. Она бледна, как июльский океан, и всё время, пока я танцую, я ломаю голову, говоря себе: «Придумай что-нибудь, Эд. Если бы ты смог придумать какой-нибудь план, чтобы дать ей ещё один шанс на эту комиссию, ты бы стал любимчиком». Должно быть, что-то есть. И тут идея ударяет меня, как тонна кирпичей.

— В чём дело? — спрашивает мисс Баркер, когда я пропускаю пару шагов.

Я даже не трачу время на объяснения. Просто хватаю её за руку и вытаскиваю за дверь. Позади нас танцевальный автомат доигрывает остаток мелодии.

Гринвелл и Пит сидят там, склонив головы друг к другу. Гринвелл медленно кивает, пока Пит доносит до него какую-то мысль. Когда Пит начинает продавать, он забывает обо всём остальном.

Я говорю: «Мистер Гринвелл, вы же лично имели дело с мистером Халлораном, не так ли?»

Он смотрит на меня мгновение, словно не имея ни малейшего представления, о чём я говорю. Затем кивает.