Каркающий нарастающих смех заставил Кристальную Ведьму оцепенеть, и все окружающие разом уставились на Ранкара. Пару секунд юноша не двигался, на глазах у всех он очень бережно передал напуганную Нику брату, лицо которой было залито его собственной кровью, а затем медленно выпрямился и неспешно стал извлекать из спины окровавленные пространственные осколки, что походили на кинжалы.
— Значит, вот какие приветствия у богов? — произнес парень, продолжая хрипло смеяться, но веселье в его тоне напрочь отсутствовало. — Ничем не брезгуют. Идут на всё лишь бы я взялся за клинок. Ох и Нергал, ох и торопыга… Но как хитер, падла! Наверное, если бы мы играли в шахматы, это можно было назвать только одним правильным словом — шах …
«Мой разоритель, – испуганно пробормотала Руна, — ты…»
Я… я в норме. Позже.
— Значит, вот какие приветствия у богов? — произнес едко я, а из горла то и дело продолжал изливаться хриплый безрадостный смех. — Ничем не брезгуют. Идут на всё лишь бы я взялся за клинок. Ох и Нергал, ох и торопыга… Но как хитер, падла! Наверное, если бы мы играли в шахматы, это можно было назвать только одним правильным словом — шах …
— РАНКАР!!! — донесся сдавленный и наполненный ужасом крик Фьётры, которая попыталась покинуть пределы моего барьера, но миновать массив та не сумела — я не позволил. — РАНКАР, ВЫПУСТИ НАС!!!
Впрочем, никто из них не мог покинуть пределы защитного купола, а я лишь отрицательно качнул головой, не обращая внимания на её крики и на недовольные лица остальных.
— Ты не солгал, Вендигал, — весело рассмеялся Магнус. — Выродок не только крепкий, но и необычайно заботливый. Однако его язык слишком длинный. Его надобно укоротить.
Уб
ей…
Уб
ей…
Уб
ей…
Д
А…
УБ
ЕЙ…
ЖЕ
…
ТЫ
…
ИХ
… – бесновался свирепо Опустошитель, а его кроваво-серая тень образовалась где-то на самой дальней границе периферического зрения. — ПОЧЕМУ… ТЫ… ТЕРПИШЬ?.. РАДИ… ЧЕГО?.. ЗАЧЕМ… СРАЖАЕШЬСЯ… ЕСЛИ… ЗНАЕШЬ… ЧТО… ПРОИГРАЕШЬ⁈ ЗАЧЕМ… ПРОТИВИШЬСЯ?.. ТЫ… ВСКОРЕ… ИСЧЕЗНЕШЬ!.. СКОЛЬКО… ТЕБЕ… ОСТАЛОСЬ?.. ГОД?.. ИЛИ… УЖЕ… МЕНЬШЕ?.. НАСКОЛЬКО… ХВАТИТ… ТВОЕЙ… ХВАЛЁНОЙ… СИЛЫ… ВОЛИ⁈
Ярость Опустошителя гремела в сознании и давила на разум будто огромный пресс. Руки страшно дрожали, а источники взбунтовались, требуя выплеска накопленной злобы, боли и негатива. А боль… боль я ощутил сполна. Затылок, спина, задняя часть ног. Всё стало единым кровавым месивом. Кровь смешалась с рассеченной плотью и кожей, а множественные пространственные осколки лишь усугубили регенерацию. А прибегать к магии исцеления я не желал. По крайней мере не на глазах у этих тварей.