— И как он выбрался? — представил себе эти клешни, и по спине пробежал холодок.
— Егор отбил его ломиком, но нога у Паши сломана ниже колена, щиток прокушен насквозь, — эльф отложил лист. — Пока они вытаскивали его на ступени, третьего что-то схватило за бедро и потащило в воду.
— А третий что видел? — Элина всё-таки взяла снимок с водой.
— Длинное, бледное, толщиной с руку, больше ничего. Егор и Паша еле вытянули третьего, — Рустам собрал бумаги в стопку. — Вышли тем же путём, ворота закрыли.
— Сколько всё это заняло? — я прикидывал, успели ли они хоть что-нибудь разглядеть.
— От первого до третьего нападения прошло минут десять, старший говорит, даже меньше, — он сверился с листом. — Серая тварь упала сверху через полминуты после того, как они зашли в воду.
— Серая потом ушла в воду, не обратно вверх? — это казалось мне важным. Если существо плавает, весь подвал в её полном распоряжении.
— Да, под воду у стены, Егор это видел. Утонула она там или уплыла, они выяснять не стали, — Рустам развёл руками. — Я бы на их месте тоже так поступил.
— С чем они ходили? — спросил я, снова глядя на план. В узком коридоре человек с копьём не развернётся.
— Ножи, короткие копья, фонари, как обычно ходят на гончих, — он признал это без охоты. — Там это не сработало.
— Они знали, на кого идут? — этот вопрос начальница задала за меня.
— Думали, что там гончие или падальщики, прореха была небольшая, — Рустам покачал головой. — Те охотники не трусы и не дураки, их подвело то, что тварей не заметишь, пока они в тебя не вцепятся.
— С Егором поговорить можно? — мне посоветовали требовать это в любом случае, и я спросил.
— Он в больнице до конца недели, телефон я вам дам, — Рустам записал номер на уголке листа. — Говорит мало, но по делу. Остальных двоих лучше не трогать, Паша ещё под лекарствами.
— Что из всего этого вы видели сами? — спросил я, потому что чужие слова он пересказывал слишком гладко.
— Ничего, я был там после, но снаружи и на пороге, дальше не пошёл, — он ответил без заминки. — Что нападавших тварей было трое и они разные видно по ранам, это факт, а сколько их всего и поднимаются ли они наверх, никто не знает. Что они не выходят из корпуса — похоже на правду, мы с тех пор наблюдали за воротами, следов нет, но это тоже предположение.
— Чем они там живут? В пустом цехе ведь нет ни тепла, ни пищи, — я вспомнил пыль у нашего убежища и кости, растасканные грызнями.
— Ну почему, есть крысы, голуби на втором этаже, может, что-то в воде. Или просто спят, пока никто не придёт, — он развёл руками во второй раз. — И это тоже чисто догадки, за них я не отвечаю.