— Опыт предков. У бати его — точно восьмидесятый левел, — киваю я и не выдерживаю заданного Рул, показушно-спокойного тона, — Что там у вас, бл. дь, происходит вообще, нна?
— Что происходит? Хм… Этот твой Беким не сказал самого главного: внизу сейчас не тысяча бородатых мужичков, а больше двух… Значительно больше… Дай докурить… Угу, — вместо «спасибо» кивает Рул, принимая хабарик из моих пальцев, — Видимо парень решил любой ценой попытаться спасти своих близких. Впрочем, наши-то жизни для него не слишком дорогая цена — вот и поставил их на карту, да и пошел играть на всё.
— Две, так две — нам то что? По крайней мере, сейчас? Как собрались, так и разбредутся. Что им тут делать без портала? А мы попозже зайдем.
Эх, накрылась моя недавняя мечта албанским медным тазом!
— Родственников нашего друга здесь нет, — как ни в чем не бывало произносит бывшая Черная императрица, — Его семья сейчас в поселке, внизу. Перевели, чтобы держать наверху, под рукой, строителей-рабов. Собирались загнать их к нугари. Чтобы строить там дома и укрепления. Сами-то бармалеи руки марать теперь категорически не желают. Не по статусу пастухам вчерашним стало. Этот твой Беким дико психует… Да кстати, вот и он сам. — и резко снижая голос до шепота, — Чего делать будем, Егор? Я думаю надо забить на всё и валить отсюда!
— Разберемся, — обещаю я, глядя на приближающиеся серые силуэты.
— Мы должны спуститься и напасть на поселок! — требовательный и пронзительный, пылающий взор молодого албанца буквально прожигает меня насквозь.
— Это невозможно, Егор, — совершенно не зная английского, прекрасно уразумел призыв Бекима Шептун, — Все там и ляжем. Фактор неожиданности утерян. С имеющимися силами нам туда не пробиться.
Лондонский адвокат в свою очередь тоже понимает, к чему призывает художник меня и остальных собравшихся здесь людей:
— Мы можем ввести резерв из того мира, Горан. У ваших пришельцев есть прекрасные арбалеты. Лучники — виртуозы. Бойцы сильны и экипированы в несколько раз лучше того сброда, который может противостоять нам внизу! У тебя имеются два менталиста! С такими силами мы легко преодолеем сопротивление крестьян. Все хорошие бойцы диаспоры сейчас остались в том мире. Посмотри как легко мы захватили гору. Без потерь и даже без серьезных ранений! В конце-концов между нами заключен договор! — выкладывает свой последний козырь адвокат. — Только сделать это надо прямо сейчас, иначе моя семья умрет! Они уже угрожают мне. Требуют, чтобы я вышел к ним! — он замолкает, но не перестает все также яростно сверкать глазищами.