— Ни в коем случае, — твердо отвечал Шейн. — Даже напротив. Я пришел к вам для того, чтобы проникнуться мудростью старшего поколения особого класса.

— Хо… — Взгляд Флорен показался еще более хитрым и ироничным. — Интересно. И что за проблема тебе мешает?

— Что делать со студсоветом?

Стоило лишь Шейну спросить об этом, как обе девушки улыбнулись. Эрсен сразу поставила чашку с чаем на блюдце, а Флорен и вовсе рассмеялась.

— Разве ты сейчас не часть студенческого совета? — сквозь смех спрашивала громкоголосая особа.

— Я тоже была удивлена, когда узнала, — соглашалась Эрсен. — Чтобы кто-то из особого класса присоединился к совету? Неприятно, когда твой заклятый враг внезапно начинает набиваться в друзья. Амелия наверняка рвет и мечет.

Шейн кивнул и невольно почесал затылок.

— В ней и проблема. А еще проблема в ваших одногруппницах. Тех самых, которые прессовали Моржану в свое время.

Наступила тишина. Стоило Шейну сказать об этом, как обе девушки успокоились. И, ведь, действительно. В том, что сейчас некоторые ученицы были настолько самоуверенны, есть и вина шайки Джулианы. Это ведь именно они начали подстрекать их на издевательства. Пусть это и помогло им добиться целей, но в какой-то момент наглость этих учениц просто вышла из-под контроля, но ни Эрсен, ни Флорен, ни сама Джулиана не стали их останавливать.

— Суть? — холодно произнесла Эрсен.

— Эти девчонки никого не боятся. Измываются над все большим и большим количеством человек. День назад я даже выловил в лесу ученицу, которая пыталась повеситься из-за их издевательств.

— Неприятная ситуация. — Эрсен задумчиво опустила взгляд. — И почему совет это никак не решает?

— Потому что Амелия решила воспользоваться вашей тактикой.

— Постой, — Флорен, резко выпрямившись, удивленно уставилась на Шейна. — Она ими тебя теперь запугивает?

Шейн многозначительно улыбнулся. Здесь и отвечать не стоило — ситуация была предельно понятной. Флорен, осознав это, громко рассмеялась и сквозь слезы ответила:

— Вот так все снова обернулось против кого-то из Дорианов.

— А девочка-то зазналась, — Эрсен выглядела все строже. — Пошла войной на сына герцогини, хотя сама стоит на ступень ниже.

Шейн, соглашаясь, закивал.

— Она говорит, что в академии социальный статус ничего не решает.

— У нее просто нет других оправданий. — Откинувшись на спинку стула, Флорен устало скрестила руки на груди. — Даже в академии статус решает все. Но мало просто иметь статус, нужно уметь его использовать. И то, что происходит сейчас в академии, это вина не только Амелии и совета, но также и особого класса.