— Дверь, которая реагирует только на ману? — С кривой улыбкой спросила Моржана. — Вот тебе и решение загадки.

— Вопрос только в том, почему директор не знал об этой двери.

— Академия существует дольше, чем работает наш директор.

— Тогда почему об этом не узнал кто-то еще?

— Потому что это место практически не используется.

От холода на улице и долгого сидения на коленях все тело буквально окоченело. Единственные ощущения, которые сейчас испытывал Шейн — это боль в конечностях, спине, а также на местах ударов. Наверное, самым любимым местом для удара оказались щеки. Наносить многократные пощёчины все-таки было намного легче, чем бить по спине или даже животу.

Вновь схватив Шейна за волосы, Джена притянула его к себе и на мгновение замерла. На улице уже не было дождя, но предыдущий ливень оставил позади себя массу следов: земля размокла, листва склонилась к корням, в воздухе пахло приятной свежестью. Единственное, что плохо было для Шейна во всем этом — это то, что теперь вся его одежда была насквозь мокрой после дождя.

Недовольно оскалившись, Джена буквально прошипела:

— Теперь понимаешь какого мне было, когда Джулиана точно также издевалась надо мной?

— Джулиана тоже использовала клятву или ты добровольно подчинялась?

Этот нахальный ответ вызвал еще больше возмущения. Девушка, буквально оттолкнув Шейна от себя, успела на последок пнуть его по плечу. От этого пинка, а также из-за затекших ног Шейн не удержался и лишь упал на бок.

Сжав руки в кулаки, принцесса во весь голос закричала:

— Не смей вести себя так, будто ты еще чего-то стоишь!

Шейн молчал. После многочасовых избиений не только чувствительность постепенно начала покидать его — эмоциональность тоже сходила на нет. Лицо Шейна выглядело спокойным, но взгляд казался уже каким-то слишком уставшим. Он понимал, что никак не мог исправить эту ситуацию. По крайней мере, прямо сейчас, пока у него не было на то возможности, предпринимать хоть что-то было опасно. Оставалось только терпеть и делать вид, что у тебя иссякали силы на сопротивление.

Едко улыбнувшись, Шейн посмотрел в сторону принцессы и спросил:

— Знаешь в чем наша с тобой разница?

Джена тяжело дышала. По ее сжатым кулакам и поджатым губам сразу можно было сказать, что она еще хоть как-то пыталась удержать эмоции в узде. А еще по ней было видно, что поведение Шейна вызывало у нее какую-то глухую обиду. Будто бы она ожидала от него либо полного подчинения, либо лютой ненависти.

— По крайней мере, — продолжал Шейн, — я умею вовремя засунуть гордость куда подальше. Это ведь просто избиение, верно? Одним больше, другим меньше. А тебе пережить это так и не удалось. Ты ведь продолжала вести себя как важная принцесса даже тогда, когда попала в мужскую шкуру? Вот поэтому Джулиана и шпыняла тебя?