— Этий всемогущий, как же вам досталось… Я думал это смола, но… у неё же вся кожа обуглена, — тихо произнёс юноша, не зная даже как здесь помочь. — А этот… без руки, без ноги, слепой и изуродованный… будто его кто-то пытался казнить с помощью кнута…
Ада ничего не отвечала и продолжала спокойно лежать, набирая в лёгкие как можно больше чистого морского воздуха. Да уж, паломничество явно выдалось непростым. Только вот… Какой был во всём этом смысл? Разве этот путь что-то дал Поцелованной Огнём? Может и дал, время покажет. Но для себя девушка уже решила, что больше доверять всяким там Проводникам и прочим не будет.
Глава 14
— Госпожа Изабелла, рад вас видеть! — с доброй улыбкой Лансемалион Бальмуар встречал четвёртого мастера. — Позвольте.
— Какой вы галантный, — усмехнулась учительница Ады, поправляя свою несколько нелепую фиолетовую шляпу с алым пером.
И уже вместе они вошли в Великую Арену и поднялись на трибуну, где заняли свои места. Некоторые смертные провели парочку несколько странными взглядами. Статный и красивый этириданос, успешный и уже довольно известный, а рядом какая морщинистая старуха, имени которой никто не знал или не мог вспомнить. Хотя имелось и довольно много уважительных взглядов, в основном с верхних мест, где сидели так называемые старшие. Для них этот жест многое значил и без имён.
Сама Изабелла выглядела… как очень старая женщина. При этом Лансемалион Бальмуар всё ещё был раза в три старше как минимум. Это тоже почти все понимали, ведь разница в магической силе колоссальна.
— Отсюда открывается совершенно иной вид, — с улыбкой произнесла старуха, которая посещала главную трибуну в седьмой или восьмой раз за всю свою довольно долгую жизнь.
А виды действительно отличались. Из-за огромных размеров амфитеатра и поля боя в частности, даже сражения целых армий порой не рассмотришь толком, что уж говорить про дуэли. Поэтому использовалось увеличительное стекло, маленькие бюджетные монокли стоили сущие медяки из-за развития сектора промышленности по их производству. Поэтому даже простые смертные могли рассмотреть интересующие их детали, ведь монокли выдавали порой и бесплатно, вернее, цена уже входила в стоимость билета, так говорить куда вернее.
Однако всё ещё намного приятнее наблюдать с верхних мест, либо с парящих трибун. Но там как правило сидят лариосы, либо зажиточные алетисы и просто алетисы по особым праздникам.
— Ох, как она вся извивается, — задорно произнесла Изабелла, следя за движениями танцовщицы.
Новое выступление пока ещё не началось, так что оставалось лишь следить за рабынями. Самые лучшие красавицы и красавцы обслуживали главную трибуну, чтобы скрасить ожидание.