Мы тут заперты, руки связаны, а я в отличие от него, так не умею.
Встаёт. Немного хромает. Но даже не морщиться, идёт ко мне. Вжимаюсь в кровать, в стену позади себя. И плевать, что она ледяная, шершавая и царапает даже через майку. Ужас подбирается к горлу, и перекрывает доступ к кислороду. Я даже кричать не могу.
Смотрю, как он шаг за шагом приближается ко мне. И жалею лишь о том, что нет при мне кинжала.
Вот так, я помирать точно не собиралась.
Немного склоняется и разрывает контакт глазами. Прикасается к моим рукам. Я вздрагиваю, будто мощнейший ток прошёлся по телу. И округляю свои глаза ещё сильней.
Он развязывает верёвки на моих руках!
Какаго?!.
А душить, что не собираешься? Или это так удовольствие растягиваешь?
Развязав, уходит на другой конец комнаты и садиться на пол. На меня больше не обращает внимания, будто меня нет. Погружён в свои мысли.
Потираю запястий. Всё щипит и болит. Касаться больно. Потом смотрю на верёвку, что упала, стоило ему до конца развязать её.
Он снова предоставляет мне шанс его убить. Потому что я тут же представляю, как душу его этой верёвкой. Но знаю, что я даже будь не измотанной и ослабевшей, не смогла бы это сделать. Силёнок бы не хватило, такого быка завалить. Его даже раны не особо беспокоят. Что меня немало ужасает.
— Почему ты… — язык не поворачивается, но всё же я хочу это узнать, — Почему ты не убьёшь меня?
Он лениво открывает глаза и выгибает бровь.
— Не хочу марать руки. Предатели — это самые мерзкие существа. За меня это сделают мексиканцы.
Так вот, оно что⁈ Он хочет не просто убить меня, хочет, чтоб я мучилась.
Мне точно просто так пулю в лоб не пустят, обязательно будут мучить и только когда от меня уже нечего будет взять, возможно, выбросят умирать. Не удостоив даже быстрой смерти.
Какая же ты сволочь, Джинн!
Гнев собирается комом в груди и разъедает лёгкие, что дышать становиться трудно.
А чего ты ждала, Мина⁈ Это мир мафиози. Он такой же, как и все они. С чего вдруг решила, что у него другие принципы? Потому что нашептал, что даёт выбор, что может помочь просто так? Поверила всё же?
Он даже не спрашивает, почему я толкнула его. Наверни-ка, думает, что это из-за свадьбы, или… всё же знает за что. Может, понял уже, что я в курсе и решил так от меня избавиться?
Проходит несколько часов. Так на вскидку. Я даже стала привыкать к тяжёлой, гнетущей тишине и взаимной ненависти, что повисла в воздухе, между нами.
Джинн сползает вбок по стене и полностью падает.
Резко подрываюсь на кровати, но не подхожу. Отдёргиваю себя. Но кровь, что начинает ползти струйкой ко мне, заставляет всё же подойти.