Жестокий террор рыжего мага и его приспешников возвращал Эльдарину Син Сауреалю смысл его существования, но как! КАК!
— Как?!. — горестно пробубнил эльф в черную бороду.
— Так, как мы не смогли, — честно и прямо ответил ему Боевой маг, залпом допивая почему-то полный кубок, — Как не догадались. Не додумались. Не осмелились. А он что, у него голова свободная. У него нашего опыта нету. Он видит цель — идёт к цели. Поротые задницы и вопящие дети его, Джо, не смущают. Вот.
— А как же мы⁈ — не сдавался Эльдарин, которого внезапно обняла родная племянница, начав выпутывать из чужой бороды, — А мы справимся? Мы выдержим? Кто подумает о нас, Артуриус⁈ Мы же сопьемся!
— Это да! — с неожиданным ужасом понял Краммер, вспомнив, как часто в последнее время заливает за воротник, — Надо что-то делать! Трилиза! Трили… за?
Увы, но последняя из деканов, будучи предоставлена одному из доппелей Джо, уже вовсю копировала поведение Боливиуса Вирта, мирно прикорнув в одном из кресел. С её стороны помощи можно было не ждать.
— Найдите этого вашего Крэйвена! — пробурчала продолжающая попытки освободить дядю Наталис, — Будет он — Джо уйдет. Всего делов-то. Нечего ему тут с вами делать.
— О… — попробовав с уважением посмотреть на родную кровь, Эльдарин выполнил полуоборот, но был срезан на половине движения намотавшейся ему на ухо бородой. Резко врезавшись плечом в пузо массивному Артуриусу, эльф сполз на пол, снимая с себя всякую ответственность за племянницу, оплеванную ушибленным деканом. Та, будучи пьяной, злой, напуганной озерными чудовищами и брошенной Джо (она забыла, что сама его выгнала), окончательно расстроилась, поэтому, бессердечно бросив дядю и склонившегося над ним бородача, отправилась за неким рыжеволосым типом, планируя взять с него этой ночью компенсацию решительно за всё.
И отдельно — за украденных карпов!
У каждого человека есть какая-то страсть, иногда даже запретная и тайная. Кто-то любит чучело бобра, скрывшись за тяжелыми шторами, кто-то ходит в гей-клуб, кто-то, закрывшись на кухне, пьет пиво вприкуску с апельсином. Я даже слышал про совсем отмороженных, которые добавляют яблоко в салат «оливье», но такой уровень пагубной страсти, думаю, уже что-то запредельное. Мои склонности были куда менее специфичны, любил иногда, под настроение, придушить женщину. В смысле не до смерти, конечно, главное, чтобы не разговаривала. Затем, чтоб не разговаривала.
Ну а что они, в самом-то деле, ходят там, где не положено, крик норовят поднять, претензии выдвинуть? Мешают честным людям делать свои тихие дела. Либо, как в данном случае, просто шумят своими повседневными делами типа звона кастрюль и шума текущей воды, повышая шансы проснуться для других жителей дома. А это нам надо? Это нам не надо.