— Сейчас покажу, — пообещал Раззарт. — Только будь готов, голова с непривычки будет болеть.

Мой взгляд словно сам собой вернулся к чертежам, они вдруг начали двоиться, дубликат засветился голубоватым свечением и словно стал выпуклым, а затем и вовсе отделился от бумаги и завис в воздухе передо мной. Сначала было очень интересно наблюдать, но буквально через пару секунд у меня сложилось впечатление, что голову постепенно сжимают в тисках, а глаза лезут из орбит. Пришлось сжать зубы, но я продолжал смотреть на оживший чертёж, на котором объёмная картинка постепенно вся сменилась вязью древних слов.

Продираясь через разрывающее голову давление, я постарался прочитать, что именно там написано.

— Этот бездарь пытался вложить заклинание в сталь и закрепить в качестве источника энергии маносборник, — пренебрежительно проговорил Раззарт. — Дилетант, что с него возьмёшь.

— А что в этом плохого? — хрипло спросил я. — Судя по словам, он хотел, чтобы меч мог воспроизводить удар молнией при столкновении с другим объектом.

— В идее, как в таковой, нет ничего плохого, только вот при работе с такой техникой идёт чудовищная потеря энергии. Как итог — если метнуть это заклинание с руки, то результат будет раз так в двадцать выше, чем удар клинка.

— И как сделать это правильно? — я уже достаточно знал древнего духа, чтобы понимать: не будь у него готового решения, он бы не сыпал таким количеством презрения к современным изобретателям, и бедному Лораку бы так не доставалось.

— Заклинание должно быть единым со сталью — это верно. Но в кристалл надо вложить не просто связь с заклинанием, а полный его образ, чего нынешние артефакторы в глаза не видели, — усмехнулся старик.

— Сможем сделать? — кажется, я заразился азартом от этих двоих. Пусть перед глазами всё плыло, но идея иметь зачарованный меч казалась мне слишком привлекательной, чтобы сейчас отступить.

— Сможем, — довольный моим вопросом, ответил Раззарт.

Он что-то забормотал, и я, словно в трансе, начал повторять слова за ним, полностью не осознавая их смысл, но улавливая знакомые корни.

Вязь слов, что висела перед моим глазами, пришла в движение, ложась на сталь и словно обтекая её. В воздухе запахло озоном, что-то засверкало, пошёл дым.

— Теперь камень, — деловито проговорил древний дух.

И я потянулся за кристаллом, прикладывая его к гарде, при этом продолжая читать слова, от которых в голове плавились мозги, но при этом я словно видел, как сталь стала жидкой, пришла в движение, и навершие гарды вдруг оплело кристалл, заключая его в блестящую стальную паутину.