Последние выстрелы осознанно сделал на груди любовницы, для чего пришлось податься чуть вперёд. И хоть «белка» уже было не так много, объёмные сиськи всё-таки удалось покрыть добротной частью. Они выглядели так эротично под слоем свежей сгущёнки моего собственного производства, словно бы старательный кондитер покрыл их заварным кремом, собираясь подать булочки к столу.
Как полностью отстрелялся — поднёс с очевидным намерением пенис к лицу партнёрши, потыкался головкой в чутка приоткрытые губы — намекая на финальную часть. Она послушно взяла орган в ротик и немного пососала — покрывая добротной порцией смазки орган, что и не думал ослаблять напряжения.
Недолгий минетик пришёлся как раз кстати — напоминая, с чего именно всё началось. И что девушка прямо по домой, пусть и немного, но заслуживает не только поощрения, но и наказания!
— Разворачивайся! — приказным тоном выдал партнёрше. — Мы ещё не закончили… — и так взглянул, что Калаварнер совершенно не захотелось спорить с моим требованием.
Девушка развернулась ко мне своей пышной задницей, пока ещё не подозревая, как именно я собираюсь её наказывать. Пристроился позади, упираясь ладонями в матрас по обе стороны от упругих бёдер падшей. Она улеглась на живот, таз чуть приподнят подушкой — какая предусмотрительная, чтобы попа была в лучшей для меня доступности. Руки вытянуты вперёд, а пальцы вцепились в деревянные рейки изголовья так сильно, что костяшки побелели. Её дыхание уже неровное — смесь предвкушения и страха. Догадывается, что сейчас последует. Свет лампы падает сбоку, выхватывая розовые следы от моих предыдущих шлепков.
Пришла пора приступить к главному наказанию.
— Ты же понимаешь, за что? — тихо шепчу на ухо, но твёрдо, проводя ладонью от поясницы вниз по позвоночнику, потом по ягодицам, слегка сжимая горячую пропотевшую кожу.
Калаварнер слабо кивает, затем опускается лицом в подушку, а голос дрожит.
— Да… я… правда понимаю… — пробурчала едва слышно. — Только, пожалуйста, не резко… это мой первый раз… боюсь…
— Пока ничего не могу обещать… будет видно в процессе. Всё зависит от твоего поведения. — отвечаю максимально честно. — Одно могу сказать точно — ты почувствуешь всё полностью. Это наказание, а не игра. Дыши глубоко носом, выдыхай ртом. И не зажимайся — от этого будет только больнее.
Магией создал небольшую порцию смазки. Пусть это и наказание — мужчиной из-за этого я быть не перестал. Сначала размазал слегка прохладный гель по всей промежности: от клитора, вдоль половых губ, между ягодиц, до самого копчика. Сделал это медленно, круговыми движениями, чтобы девушка максимально приспособилась к скользким ощущениям и расслабилась. В процессе она то и дело вздрагивает, когда мои пальцы проходят над анусом, но пока не напрягается. Противится — едва ли имеет смысл. Рано или поздно этим бы всё и закончилось.