Я лежу рядом со Скоттом и Коко и не могу уснуть, но дело совсем не в море. И не в пухлой липкой ручке у меня на плече. И не в тяжелом дыхании Скотта.
Дело в ощущении надвигающейся беды. Надвигающейся на нас. На остров. На его гостей. В наш дом. Через дорогу. Вниз к пляжу. Она вытесняет счастье с этого клочка суши.
Убираю с себя руку Коко и осторожно, чтобы не разбудить, кладу на постель. Выбираюсь из кровати, подхожу к окну и стою перед ним голая, открытая порывам ветра. Все хорошо. Хотя…
Натянув рубашку Скотта, я решаю проверить Леви. Он спит на боку, спиной ко мне. Дыхание у него тяжелое, шумное и прерывистое. К пяткам у меня прилип песок, и я разношу его по комнате до самого окна, которое открываю, чтобы впустить свежесть. Воздух густой и удушливый. Мне хочется прохладной ночной тишины. Хочется чувствовать себя в безопасности.
Для одних этот остров – рай на земле, а для других – кошмар, именно поэтому я не хотела сюда приезжать.
Здесь всегда происходит что‑то плохое.
Суббота
Пенни, 6:17
На острове я начинаю каждое утро с пробежки. Козырек на голову, цинковую мазь на нос, волосы в конский хвост, чтобы отгонял мух, пока я бегаю. Завязываю шнурки, и тут во дворе виллы напротив появляется Элоиза, которая сжимает в ладонях чашку с горячим кофе; следом за ней плетется Коко. Пока я размышляю, помахать рукой в знак приветствия или, не поднимая головы, продолжить заниматься шнурками, с их участка раздается покашливание. Но я не подаю вида, вставляю наушники, надеваю очки, открываю ворота и направляюсь в противоположную сторону. Не очень‑то удобно, потому что я собиралась бежать в город мимо их виллы, но тогда пришлось бы здороваться. Отгоняю муху от носа и, чувствуя на себе взгляд Элоизы, припускаю вверх по холму; икры горят, навстречу едет девочка на велосипеде.
На вершине сворачиваю с боковой дорожки в тень сосен и включаю музыку погромче. Нужно избавиться от этих дурацких мыслей о Перл, то и дело всплывающих в голове. Пользователь, который оценивал мои фото, вполне может оказаться ботом. Скорее всего, так и есть. Снова отгоняю муху от лица. Кем бы он ни был, я его заблокировала и не считаю необходимым рассказывать Кеву. Ничего же не случилось. Сообщения незнакомец не оставил, а Перл обязательно что‑нибудь написала бы. Дыхание сбивается, нужно его замедлить и выровнять. Я никак не могу унять волнение. Всему виной вчерашняя выходка Элоизы.
– Пенни, – зовет меня кто‑то сзади.
Это родители Кева, Джорджия и Уильям. Их появление очень некстати, теперь придется идти с ними. Они приехали позже остальных, и мы ждали их сегодня на завтрак. Машу им и останавливаюсь, прогоняя очередную муху, решившую ко мне прицепиться.