Никто не перебил.

Она подняла глаза сначала на Гордея, потом на Савелия.

— Я никогда не считал тебя постыдной, — тихо сказал он, голос низкий и хриплый.

Савелий бесшумно встал у неё за спиной. Его большие, горячие ладони легли ей на талию и медленно, собственнически сжали. Аглая почувствовала его жар даже сквозь свитер.

— И я, — глухо добавил он.

Аглая закрыла глаза.

Первым её поцеловал Гордей — глубоко, жадно, но всё ещё сдержанно, словно хотел забрать всю боль, которую она принесла с собой. Савелий в ту же секунду припал губами к её шее, целуя горячо, влажно, с лёгким прикусом. Два разных поцелуя одновременно — один спереди, второй сзади — заставили её тихо застонать.

Они поднялись наверх молча, но воздух между ними буквально искрился от напряжения.

В спальне Савелий сразу взял всё в свои руки. Он резко развернул Аглаю к себе лицом, крепко обхватил за талию и впился в её губы жадным, почти животным поцелуем. Пока он целовал её глубоко и требовательно, Гордей встал сзади и медленно стянул с неё свитер, освобождая грудь. Его ладони тут же легли на неё — тёплые, ласковые, но уже не такие сдержанные.

Савелий оторвался от её губ лишь для того, чтобы хрипло приказать:

— Смотри на меня.

А потом снова завладел её ртом, целуя грубо, настойчиво, полностью подчиняя себе. Его большая ладонь тяжело легла ей на грудь, сильно сжал её, пощипывая твёрдый сосок. Вторая рука спустилась ниже, уверенно расстегнула пуговицу на джинсах и резко потянула молнию вниз.

— Подними руки, — коротко бросил он.

Аглая послушно подняла руки, и Савелий одним движением стянул с неё джинсы вместе с трусиками, оставив её полностью обнажённой между ними двумя. Гордей тихо выдохнул ей в шею, целуя кожу, но Савелий уже снова прижал её к себе, крепко сжимая попу обеими руками и притираясь к ней уже полностью твёрдым, горячим членом.

— Хорошая девочка, — низко прорычал он ей в губы, одной рукой удерживая её за волосы на затылке, а второй бесцеремонно скользнув между её ног.

Его пальцы сразу нашли её мокрую, горячую киску и уверенно, жадно начали ласкать — сильно тереть клитор, затем два толстых пальца глубоко вошли в неё, двигаясь резко и ритмично. Аглая громко застонала, выгнувшись в его руках.

Гордей стоял сзади, целуя её плечи и спину, сжимая грудь, но главным был именно Савелий. Он полностью контролировал её тело: держал за волосы, трахал пальцами, не давая отвести взгляд, и рычал ей в губы:

— Дыши. И смотри на меня, когда я тебя трогаю.

Аглая дрожала всем телом, зажатая между ними — нежными руками Гордея сзади и грубой, требовательной силой Савелия спереди. Она не могла думать. Только чувствовать, как Савелий полностью владеет ею в этот момент.