— Кончить?

— Угу… — кивнула смущённо она. — Потом уже идёт, по ощущением, обычное возбуждение…

— Иначе говоря, хочешь сказать, что никакого тут накопительного эффекта толком нет, верно?

— Мне так кажется…

— А чисто в теории, сколько сможешь продержаться без секса?

— Что?.. Зачем тебе это?..

Вот дурочка. Впрочем, будучи смущающейся дурочкой мне нравится куда больше, чем зазнавшейся аристократкой.

— Затем, что нам обоим надо хотя бы примерно знать, на какое максимальное время мы сможем расставаться, чтобы не вышло так, что один из на уехал куда-то, и после этого мы не успели встретиться, и ты в конечном счёте обернулась одержимой.

— Тогда, наверное, это где-то полдня…

— Всего лишь?

— Не знаю, — пожала она плечами, — я же не проверяла. Просто я как раз прямо перед первым учебным днём взошла на новый для себя этаж и заразилась этой «болезнью». В итоге первый учебный день я уже еле-еле держалась с помощью самоудовлетворения, а под начал второго и оно перестало помогать. Ну и в итоге уже ко второму уроку произошло то, что произошло…

— Ты почти обернулась и мы потрахались в кладовке, — договорил я за неё.

— Угу…

— Ну, теперь мне хотя бы примерно всё стало понятно, и исходя из этого уже можно будет хоть как-то что-то придумывать и рассчитывать.

— Да. Но это так лишь в одном случае.

— И в каком же? — не понял я.

— Ты уже забыл? В этом всём обсуждении не будет никакого смысла, если ты заключишь пари с тем мерзавцем.

— А, ты об этом…

— Пообещай мне, — неожиданно произнесла она с максимально серьёзным тоном и лицом.

— О чём?

— Поклянись, что не заключишь с ним пари, чтобы он тебе не пообещал в случае выигрыша.

Удивительная серьёзность на её лице. За все эти наши с ней две встречи я ни разу ещё не видел её с таким выражением лица.

— Успокойся. Мне незачем это делать — у меня и так есть всё, что он может мне предложить. Я ведь связан с родом Агнэс, с которым его роду не тягаться, забыла?

— То есть ты не заключишь с ним пари?

— Нет, — и услышав это, она выдохнула, сняв с себя эту чересчур серьёзную мордашку. А я же, немного задумавшись, спросил у неё: — Слушай, а не подскажешь, какой у него сейчас этаж и ступень?

— А? Ну, ему сейчас всего шестнадцать и, насколько я знаю, у него, вроде как, сейчас второй этаж и вторая ступень. А тебе, собственно, зачем это?

Второй этаж и вторая ступень, значит…

Итого разница между нами пять ступеней. Дохера, как ни посмотри, но учитывая условия боя и что члены рода Картер никогда не были хорошими бойцами честного ближнего боя…

— Слушай, а давай лучше мы с тобой пари заключим?