— Что ж, раз наконец все в сборе, то предлагаю не тянуть и начать наш первый семейный совет! Есть возражения? — обведя всех взглядом, не увидев и не услышав возражений, продолжила: — В таком случае — мы начинаем! Только… с чего бы начать, хм? Наверное, с того, что вообще из себя представляет наш «семейный совет».

— Нет, — неожиданно высказалась Элизабет. — Это, бесспорно, важный вопрос, но сейчас всех нас интересует кое-что более важное. Так что, думаю, стоит начать именно с этого.

— Хм… резонно, — кивнула она. — Тем более, что стоит мне попробовать замять его, как вы всё равно в скором времени соберётесь вместе и в любом случае обсудите его. Только уже без меня. К тому же, я бы хотела минимизировать наличие лжи и секретов в нашей семье, насколько это вообще возможно. Так что давайте, спрашивайте — я же постараюсь ответить на всё так, как есть.

Все девушки, кроме неё, переглянулись между собой, и Элизабет спросила:

— Что произошло в доме твоей семьи? Дело же именно в том, что произошло в нём?

— Да. Из-за этого Мика сейчас находится без сознания и очнётся ещё не скоро; из-за этого же от него пахнет перегаром; из-за этого Ева сейчас вместе с нами; и, конечно же, из-за этого же во мне произошли изменения, которые вас, очевидно, тревожат.

— «Тревожат», ха… — усмехнулась Ева. — Уверена, что подобные эвфемизмы сейчас к месту?

— А что, у тебя есть какие-то возражения по этому поводу?

— Нет-нет, ни в коем случае. Никаких возражений. Как ты могла такое подумать? Или теперь к тебе стоит обращаться на «вы»?

Карэн приоткрыла рот, уже собираясь что-то ответить, но после закрыла его, слегка усмехнулась и сказала:

— Рада, что твоё моральное состояние улучшилось. Надеюсь, физическое тоже пошло на поправку? — и увидев, что уже на это Ева промолчала, а улыбка сошла с её лица, отвела от неё взор: — Вернёмся к изначальной теме. Сейчас я вам вкратце перескажу самое важное, мы это обсудим и перейдём к следующим темам. А уже после, в самом конце, если вы захотите, вернёмся к этой теме, обсудив её вплоть до самых мелких деталей. Хорошо? — увидев в ответ кивки всех собравшихся, продолжила: — Тогда слушайте. Когда я прибыла домой, меня встретили родители. Всё было ожидаемо — слёзы радости вперемешку с нравоучениями и бесконечными вопросами, что да как. Но было и кое-что необычное — в доме помимо нас присутствовала ещё одна женщина. Поначалу я не поняла, кто это — тут сыграли и охватившие меня эмоции, и то, что она изменилась внешне, теперь выглядя старше, чем я видела её на фотографиях — но потом, когда мне вскользь представили её, я и сама всё осознала. Этой женщиной была мама Мики.