Как ни тянул Иван Семёнович, давая время англичанам одуматься, но вот уже шлюпка ткнулась в борт «Паллады» и им бросили штормтрап. Теперь уже нужно было спешить. Всё же он капитан боевого корабля и вот-вот начнётся бой.
— Что англичане? Я им предложил подумать пока плыву. Нет белого флага? — на мостике стоял князь Болоховский, разглядывая корабли англичан в порту.
— Нет. Огонь из крупных орудий.
Событие пятьдесят второе
— А всё-таки, где она, эта Япония?
— Прямо, не сворачивая. И так до самого конца света.
Алессандро Барикко
Пушки на красивом терракотового цвета замке окутались дымом и в сторону чёрных кораблей полетели ядра. Рыкающий звук долетел спустя три секунды. Выходит, до замка ровно километр. Ядра столько не пролетели, где-то далеко плюхнулись в грязные воды заливы и фонтанчиков заметно не было, хотя возможно и холостыми стреляли. Фон Штольц ещё раз осмотрел замок. Интересная штука, на их кораблях и на замке развивались флаги одинакового цвета. Так далеко даже в хорошую голландскую подзорную трубу не видно, но не могут же там ещё и золотые серп и молот быть.
— Иван Антонович, — обратился капитан второго ранга к артиллерийскому офицеру. Парень был из Суворовского училища князя Болоховского и Антоновича ещё может возрастом и не заслужил, но был подпоручиком, это раз и во-вторых, он был мастер своего дела, орудия всегда в идеальном порядке, подчинённых обучает математике и даже астрономии, а если человек не грамотный, то и письму, причем на том языке, на котором говорит канонир. Немец, пожалуйста на немецком, англичанин или ирландец на английском, и как только у них появились корейцы, сразу стал сам учить корейский. Словарь начал составлять. Уж точно первый в мире русско-корейский словарь, — Иван Антонович, вон по той джонке, что чуть правее замка, да, да вон по той большой, пальните из чего покрупнее, покажите самураям наши возможности.
— Есть.
Ну, со второго выстрела, но попали. Бомба плюхнулась видимо на баке возле фок мачты. Бабах и нос джонки вместе с этой мачтой полетел в сторону.
— Хорошо. А теперь по стене замка, только не портите сам замок, а то, где будем договор подписывать.
— Есть. Давайте Генрих Фёдорович я вон по той угловой башенке выстрелю, а то при перелёте могу повредить замок, — замялся молодой офицер.
— Действуйте, подпоручик.
Бабах. На этот раз выстрелили одновременно двумя 68-фунтовыми орудиями. И попали. Одной бомбой угодили точно в башенку, а вторая с перелетом ушла куда-то за стену, и наблюдающим за замком в подзорную трубу фон Штольц увидел, что во что-то там точно попали, так как бабахнуло знатно и куски дерева и земли полетели вверх очень высоко.