Савелий уверенно свернул с центральной аллеи к приземистой каменной пристройке. Тяжелая дверь подалась легко, впуская нас в ярко освещенное помещение.

Внутри пахло ружейной смазкой, горячим сукном и крепким чаем. За длинным столом сидели еще шестеро гвардейцев в полной выкладке. Стоило нам войти, как разговоры тут же стихли.

Наш сопровождающий деловито кивнул и сопровождающий гвардеец выложил на свободный край стола мой резак, нож и деревянные обереги. Дежурный стражник придвинул толстый журнал и заскрипел пером по бумаге. Закончив, сдвинул мои вещи в специальный запирающийся ящик и кивнул мне.

Я подошел ближе и дежурный тут же развернул книгу ко мне и протянул перо. Пальцы перехватили гладкое древко и я быстро вывел свою подпись под списком снаряжения.

— Идём, уважаемые, — стоящий рядом дворецкий резко развернулся, щёлкнув каблуками, и направился к выходу.

Мы вышли из караульной пристройки обратно в прохладу вечернего сада. Савелий зашагал по вымощенной плиткой дорожке, уводя нас вглубь территории.

Парадная лестница особняка белела мрамором в свете газовых фонарей. Широкие ступени вели к резным дверям главного входа. Дворецкий даже не замедлил шаг, напротив, он свернул правее, направляясь к неприметной боковой двери в теневой части фасада.

— К лорду мы пойдем, — Савелий остановился у кованой ручки и поднял ладонь. — Но сначала мы вас переоденем, а перед этим отмоем как следует. Пройдёте в парную!

Дворецкий окинул взглядом наши покрытые пылью и глиной фигуры.

— Свои вещи можете оставить. Вам выдадут всё необходимое, включая обувь. Сейчас только снимем мерки.

Я задумчиво посмотрел в лицо Савелию.

Примечательно, что в его голосе отсутствовало высокомерие или брезгливость. Дворецкий не морщил нос от запаха нашего пота и не пытался унизить уличных работяг а просто выполнял свою работу, что было вполне разумно. Статус лорда Ругарда требовал уважения, уж как минимум, в кабинет Главы Дома не стоит вносить грязь Района Щепок на подошвах.

Я коротко кивнул, принимая чужой порядок, и мы двинулись дальше по узкому коридору хозяйственного крыла.

— Ой! — навстречу нам вдруг вынырнули две девушки в строгих темных платьях с белоснежными фартуками. — У нас гости?

— Да, и гостям нужно снять мерки, — ровно ответил им Савелий. — Живо зовите Алевтину! Пусть берет ленты и идет к купальне.

Служанки синхронно кивнули и юркнули в соседний проход.

Мы же вскоре остановились у массивной деревянной двери из щелей которой отчётливо тянуло влажным жаром и приятным ароматом распаренного дубового листа. Бран переступил с ноги на ногу, перекладывая тяжелый Тотем на другое плечо. Его кованые сапоги скрипнули по плитке.