— Князь где⁈ — Спрашиваю с претензией, игнорируя их лепет.

— Так при смерти, раненный тяжело валяется в покоях, вот–вот дух испустит, — выпалил один из графов с нотками радости.

Не понял⁈

— А княжич Алексашка гуляет где–то, — добавил ещё один вассал с позитивом. — Как бы половцам не подвернулся.

— В смысле гуляет? Он не в крепости? — Наехал я с руками на боках.

— Как половцы явились, он с отрядом за волхвом поехал, так и не вернулся, три недели о нём ни слуху, ни духу.

— А вы и рады? — Возмутился. — У князя есть ещё родня?

— Да откуда, — разводят руками и начинают обратно рассаживаться.

Злость берёт, сразу становится ясно, что этим скотам только и надо, чтоб княжеский род сгинул. Потом они власть спокойно поделят. И не с куста я об этом говорю, мне всякое доносили о Ростове. А я не верил, пока не убедился лично.

Подхожу к столу и одним касанием в труху его разваливаю. Сыплются и жратка, и бутылки, и карты с монетами, бьющимися звонко.

— Ты чего⁈ — Возмущается воевода, вскакивая.

И отлетает к стенке от удара в челюсть с ноги. Ещё двоих я головами друг о друга стукаю, остальные жмутся уже на полу. Пинками их разгоняю.

— А ну пошли на позиции! Ты на северную башню, ты на южную! Почему ратники внизу как попало спят? Где обеспечение⁈ Где организация питания⁈ Вы совсем охренели, ироды⁈ Ждёте моё войско в семьдесят тысяч, чтоб за вас тут воевало⁈ Уроды долбаные! Если крепость сдадите половцам, я её с землёй сравняю и вас закатаю под грунт!! Ну, сука.

Стража вваливается и смотрит ошарашенно на процесс.

— Ну, вам чего? — Киваю, готовый их копья им же в одно место засунуть.

Магичке стоило на них просто взглянуть, чтоб они на задницы сели.

— Сюда иди! — Зову одного. — Веди к князю. А ты тревогу объявляй по крепости!

— То есть как, не бьют же колокола, — опешил идиот.

— Я сказал, объявляй!! И в колокола стучите своими пустыми головами!!

Как раз и погляжу на настрой и подготовку. Ратники не виноваты ни в чём. Но из–за всяких дебилов им придётся отдуваться.

Довели до покоев князя, где царит уже траур. Белобрысый мужик лет сорока пяти в широкой кровати лежит и мучается. Его сильно лихорадит, судя по всему, тяжёлые раны воспалились. А тут никаких лекарей–магов не видно, только слуги, которые холодными тряпочками ему лоб протирают.

Без всяких слов, подскочил к мужику. Откинув одеяло, охнул. Да он весь израненный. Несмотря на свежесть бинтов, всё в крови, чувствуется вонь от разложения.

Князь в бреду, даже за кинжалом дёрнулся, когда я вцепился в него. Но слуги мужика придержали. Амулетом сразу влил в него сил на сотню резерва, заживляя, что могу. И на этом не остановился. Корнями живыми в тело вошёл, чтоб кровь проверить. Демоническая сущность сразу взыграла, пытаясь забрать контроль, но я удержался в сознании. Опыт у меня богатый. Теперь я — кремень.