Сухая трава неприятно царапала волочащееся по земле крыло. А уж каждый сучок или камешек отдавался стучащей тупой болью прямо в мозг. Рваные раны на спине уже запеклись, слава Великому, но Шнурр чувствовал неприятное пульсирующее тепло под корками.
Поди может начаться лихоманка. Так-то бы содрать корки, да вылизать всё, но сам не дотянется со сломанным крылом. А лекаря или боевого товарища на ближайшие часы полета не предвидится. Но ничего. Скоро черные возьмут след, откусят ему башку и можно будет отдохнуть.
Он передернул шкурой на спине и вновь ощутил резкую спазмирующую боль в переломанном крыле. И шумно выдохнул. Завыл бы, да силы надо беречь. Великий говорил, что сдохнуть всегда можно. Но нужно перед этим откусить башку врагу. Тогда он откроет свои крылья и пустит в Чертог Света. А там куча баб и мяса.
Облизнул пересохшим языком губы. Ему бы хоть тухлой воды. И падаль. Но бабу тоже можно. Желательно, живую.
Он резко фыркнул. Бабу… В нем еле Свет горит, а мысли! Ладно бы о золоте… Ну это он молодой еще, вот всякая муть в башку лезет. Старые говорят, проходит. Правда ему это уже не грозит…
Шнурр буквально заставлял перебирать себя лапами, оскаливаясь от каждого шага. Хоть бы лужу найти и напиться, перед тем как сдохнуть…
С надеждой уставился в темнеющее ясное небо, проглядывающее среди ёлок. А вдруг пронесется та патрульная боевая тройка, что загнала его в небе? И тот ублюдочный Черный, что прокусил ему крыло и подрал спину в воздухе. И две его сучки по бокам, которые не дали ему увернуться, поймать поток и уйти. Одна еще явно примеривалась подойти снизу и вцепиться в мягкое брюхо, но зассала. И правильно сделала. Уж он бы её не упустил! Сжал бы лапами покрепче, выпустил когти, да пошел бы к земле! Сдохли бы оба, и он сразу бы попал в Чертог! И еще бы пощупал хоть раз в жизни бабу с крыльями!
Вот бы они все-таки нашли и добили. Неохота валяться падалью под кустом. Так в Чертог не попадешь… Зря он все-таки отошел от отряда. Поползня заметил на поляне и хотел завалить в одиночку и не делиться. А потому зашел на круг и отстал. И нарвался на патруль… Жадность до добра не доводит, правильно Великий говорил…
Чуткие ноздри вздрогнули, уловив сладковатый запах. А вскоре и глаза заметили яркие шляпки грибов в лесной подстилке. Такие красные, как кровь, с белыми капельками, будто птички нагадили. О, это славная находка!
Он стал торопливо перебирать лапами, стараясь не обращать внимания на боль в спине. Дошел до грибов и зачавкал сладковатой влажной мякотью. Почти сразу стало легче… Боль они хорошо снимают. И смелость дают. Хотя на кой ему сейчас смелость? Еще бы воды найти…