— Сладкая, — протянул муж, — что ты хотела сказать?

— Ничего, — пробормотала я. — Просто я немного пьяная.

— Знаю, — довольно отозвался Кайл. — И более того, я совершенно сознательно напоил тебя.

— Зачем?

Как будто я сама не знала зачем. И как будто не хотела того же.

Медленно текло время, наполненное приятной дрожью. Темнота усиливала ощущения, звуки, запахи. И в какой-то момент я вдруг поняла, что очень хочу сказать этому человеку все, что чувствовала. Поделиться страхами, желаниями и, главное, — чувством, нетерпеливо дожидавшимся моего осознания.

Но сил хватило лишь на слабый шепот, когда Кайл уже спал. Слова звучали непривычно, будто бы неправильно. Но в то же время сладко, с надеждой. Вздохнув, я устроилась поудобнее. С легким жужжанием приоткрылась дверь, и светящаяся голова жука просунулась внутрь. Но тут же исчезла, и комната снова погрузилась во мрак.

На следующее утро я ныла.

— Ты обещал! — и доставала этим нытьем Кайла.

— Ну прости! Лэрнст попросил срочно прилететь.

— Что-то случилось?

Он заставил меня подняться в такую рань, что даже в административной пещере жуков не разбудили, и в срочном порядке вылетать из Подземного, на входе в который уже ждала Берр. Учитывая, что мы половину ночи не спали, я была очень зла. И позавтракать не дали, а я в последние месяцы привыкла это делать.

— Нет, но Лэрнст кое-что откопал относительно источника волнений. Он в драконьих горах, якобы на востоке, в удаленных поселениях. Кто там мутит воду, мы не знаем, но дракон он или маг, не важно. Важно, что кое-кто рассказал о том, что там творится. И я хочу взглянуть на этот рапорт. Потом объясню все подробнее, как сам разберусь. Так что, сладкая, потерпи пару часиков. В сумке бутерброды и горячий чай. Завтракай.

Завтракать во время полета по тоннелю — на этот раз вверх — никакого желания не было. Совсем. Поэтому я ограничилась лишь чаем и принялась размышлять на тему этого таинственного возмутителя спокойствия. Хорошо шифруется, гаденыш. Это ж какими мозгами надо обладать, чтобы дистанционно устроить такое? И какой силой?

Тоннель расширялся, что свидетельствовало о приближении выхода. Я вдруг вздрогнула. Сердце забилось быстро-быстро, тошнота подкатила к горлу. Как волнение перед ответственным экзаменом, только во сто крат хуже. Страх. Нет, паника, самая настоящая.

— Кайл! — Я вцепилась в руку мужа и тот удивленно ко мне повернулся.

— Что такое, сладкая? Тебе плохо?

Знала бы я. То есть плохо-то, конечно, было, но вот вызвано все это было какой-то болячкой или же чем-то иным…

Наверное, муж что-то разглядел в моем взгляде. Потому что быстро глянул наверх, где уже виднелось небольшое светлое пятнышко, и коротко скомандовал: