Помещение было сухим, стены — толстыми, но с северной стороны под дверь уже забирался сквозняк, охлаждая воздух там, где должны были встать сушильные рамы. Лиссандра мысленно расставила все по местам: у окна — столы для сортировки, в центре — стеллажи с ящиками, у дальней стены — каменная лохань для промывки корней, рядом — бочка с дождевой водой, которую придется поднимать наверх через блок, потому что магией она пользоваться не хотела. Только руки, время и расчет.
Дверь скрипнула, пропуская троих. Первая, постарше, в поношенной накидке с чужого плеча, руки в мелких шрамах от колючек и ножей. Лицо суровое, но глаза внимательные. Вторая — молодая, с аккуратной русой косой и взглядом, полным осторожного интереса. Третья — молчаливая, с корзиной сушеных листьев на плече, будто боялась, что ее сейчас отправят обратно, не дав даже открыть рот.
Лиссандра не стала требовать поклонов, не прочитала наставлений. Просто кивнула и указала на столы.
— Сначала разберем, что принесли. Не по сортам — по состоянию. Влажное отложите в тень, сухое — на верхние полки. Подпорченное — в отдельный ящик, посмотрим, можно ли его спасти. Я не жду от вас идеала. Только внимания. Травы не терпят спешки, и мы тоже.
Женщины молча принялись за работу. Лиссандра ходила между столами, поправляла наклон рам, показывала, как проводить пальцем по стеблю, проверяя упругость, как слушать звук сухого листа при встряхивании. Когда молодая девушка дважды уронила пучок мяты из-за дрожащих рук, Лиссандра не стала ругать, не вздохнула с досадой. Она просто подошла, положила свою ладонь поверх ее запястья и замерла — не требуя, не навязывая, просто дыша рядом.
— Тише, — сказала она негромко. — Не зажимайся. Дыши, как я.
Через несколько минут руки перестали дрожать. Это не было магией — по крайней мере, не той, которую учат в Аспиде. Это было просто присутствие, спокойное и теплое, как огонь в печи, когда за окном метель.
К полудню в коридоре послышались ровные, неторопливые шаги. Кайден вошел без плаща, в простой рубахе с закатанными рукавами, на плечах еще держалась пыль от свежеспиленных брусьев. Он не стал мешать работе — остановился у порога, дождался, пока Лиссандра отложит ножницы и подойдет.
— Восточную стену просушили, — сказал он негромко, чтобы не отвлекать остальных. — Я прогнал ветром теплый поток по внешнему поясу, потом дал земле остыть. Брус не треснул. Теперь можно крепить скобы. Воду для лохани доставят через час, два носильщика, без спешки — чтобы не расплескать.
— Спасибо, — ответила Лиссандра. — Рама для верхних полок уже готова, осталось прибить поперечины. И еще: сквозняк с севера мешает сушке. Надо закрыть щель между дверью и косяком — войлоком или паклей.