Глава 4 Лиссандра
Страница 9 из 109
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 4 Лиссандра

Страница 9

Стражник кивнул. Уже знал порядок. Уже понимал, что это не наказание — настройка механизма.

— И еще, — добавил Валериус, глядя в стену, где тени ложились ровно, без колебаний. — Если она попытается говорить — не останавливайте. Пусть тратит голос. Если попытается плакать — не вытирайте. Пусть тратит слезы. Сопротивление уходит через усталость. Мы просто ждем.

Он повернулся к алтарю. Костяной свиток лежал нетронутым. Он не стал отвечать Совету. Ответом будет только результат. Кровь должна привыкнуть к ритму. Тело — принять холод. Разум — перестать искать выход там, где его нет.

«Если она сломается, — подумал он, — я не выдержу. Из-за того, что механизм окажется бракованным. А брак уничтожают».

Он не додумал эту мысль до конца. Не позволил себе.

Валериус вышел из крипт. Двери закрылись за ним без звука. В коридорах Аспида стояла та же тишина, что и внизу. Он шел ровно. Не спешил. Не сомневался.

Контроль был не выбором. Он был единственной формой выживания. И он доведет его до конца. Даже если цена — последнее тепло, которое еще оставалось в его груди.

Глава 4 Лиссандра

Глава 4 Лиссандра

Дни сливались в одну длинную, тихую линию. В зале не было окон — только высокие стены из каменных плит, которые не отдавали тепла даже тогда, когда за стенами Аспида, по словам стражников, начиналось лето. Воздух стоял неподвижный, пропитанный запахом старого камня, сухой глины и едва уловимым привкусом металла. От него саднило небо, и казалось, что язык покрывается налетом.

Лиссандра сидела у стены, подтянув колени к груди. Пальцы онемели, губы потрескались. В груди, под ребрами, поселилась глухая пустота — будто она проглотила камень, и он застрял, не проходя дальше.

Иногда, чтобы не сойти с ума, она закрывала глаза и вспоминала. Дом — не замок, а маленький дом на окраине забытой деревни, где ее мать растила травы и лечила соседей. Пахло там не ладаном и пеплом, а сушеной мятой, дымом из печи и влажной землей после дождя. Мать никогда не поднимала голоса. Даже когда Лиссандра рассыпала настойку, мать вздыхала и говорила: «Ничего, трава не убежит, а терпение не купишь в лавке».

Эти слова она повторяла про себя теперь. «Терпение не купишь».

Обруч на шее не душил. Он напоминал о себе иначе: едва заметная вибрация, холодная и ровная, проходила от затылка к ключицам — словно тонкая нить из льда, вплетенная в кожу. Она не мешала глотать, не мешала дышать. Но стоило Лиссандре поднять голову выше определенного предела или шагнуть к дальней арке — обруч начинал давить. Тихо, нарастающе. Не больно, а точно:ты здесь, ты не двигаешься, ты ждешь .

назадназад
1 ... 7 8 9 10 11 ... 109
впередвперед