Глава 20
Допрос Морозова занял около часа, и это был один из тех часов, которые тянутся казалос, бесконечно, не потому что что-то идёт не так, а потому что то, что слышишь, оседает внутри медленно, слой за слоем, и каждый новый слой оказывается тяжелее предыдущего. Мы сидели в малом зале «Игдрасиля», я, Ольга Васильевна, Марфа, Демьян, остальные Старейшины Бажовых, и Морозов говорил. Спокойно, без истерики и без попытки что-то скрыть, видимо, окончательно опустил руки. Признал поражение. В этом была какая-то странная последовательность, которую я не мог не уважать, даже при всём том, что он натворил.
Кощей вышел на него три месяца назад, поначалу через заражённого слугу, потом сам, напрямую. Контакт, по словам Морозова, ощущался как голос, который возникает не снаружи, а изнутри: не галлюцинация, не наваждение, а нечто куда более неприятное ощущение чужого присутствия в собственной голове, которое не спрашивает разрешения войти. Мне это было знакомо, примерно так же ощущался Игнис, особенно поначалу, но до сих пор я не мог привыкнуть когда что-то внутри начинало разговаривать со мной. Кощей обещал сохранить клан, провести его сквозь то, что грядёт, дать защиту в обмен на то, что Морозовы сделают полис уязвимым изнутри. Захват водонапорных башен, отравление воды, создание хаоса всё это было частью плана, который Кощей назвал подготовкой. Подготовкой к своему собственному приходу.
— Он сказал, что придёт сам, — Морозов посмотрел на меня так, словно это был ответ на вопрос, который я ещё не задал. — Прямо так и сказал, мол я не доверяю слугам этот шаг. Какой именно, он не сказал, но и так было понятно, что речь идёт о чём-то необратимом. О чём-то, после чего полис уже не будет тем, чем был.
— Когда? — Ольга Васильевна держалась крепко, голос у неё был ровный, хотя я видел, что слова Морозова её не оставляют равнодушной. — Сколько у нас ещё есть времени?
— Он не сказал. — а вот князь гас буквально на глазах. Казалось, жив он только силой воли, но и той осталось немного. — Сказал скоро. После того, как почва будет готова.
И судя по всему подготовка уже была завершена. Газ в трубах, паника в нижних ярусах, ослабленные кланы, перетасованная власть — Морозовы сделали то, о чём их просили. Игнис не давал мне об этом забыть и метки КЩ в катакомбах пульсировали с периодичностью сердца, медленно и неотвратимо, и каждый новый импульс был чуть ярче предыдущего. Шесть часов. Может, меньше. В этих вопросах я доверял творению Древних. Жаль только что теперь приходится разбираться с их проблемами, что они скинули на нас.