— Ну что, всё в норме? Вы целы?

— Вполне, — меланхолично кивает Гао вслед за мной. — Спасибо. По моему мнению, всё было идеально.

Я деликатно молчу. С моей точки зрения, идеально сработал как раз коренастый. А вот касательно Гао, лично мне было бы интересно расспросить самого Гао, на чём зиждилась его уверенность, что китайцы в этом доме его обязательно послушают? И почему этого не произошло в итоге?

(А сам мордобой с последующим расстрелом я бы никак не назвал идеальным течением событий).

Но к моим личным задачам такой вопрос к Гао не имеет никакого отношения ( потому что это просто троллинг ), а Кеша свои вопросы всегда может задать и сам.

— Бумаги мы с тобой оформляем? — поворачивается военный к Кеше. — Или сейчас понаедут?.. И сориентируют, в каком русле?..

— Понаедут, — цедит в ответ Кеша. — Только что звонили… Но оформлю всё я. Ты на базе у себя… Потом…

Что именно надо будет военному сделать у себя на базе, остаётся за кадром; потому что военный вдруг проводит горизонтально ладонью, шипит «Тс-с-с-с-с» и указывает куда-то в сторону кованой калитки:

— Вон уже… Здравия желаю!

Из-за спин людей военного появляется коротко стриженный пятидесятилетний человек в рубашке, который деловито суёт каждому из нас руку, задерживается взглядом на мне и Гао, а потом засыпает Кешу ворохом вопросов.

Кеша, по мере поступления вопросов всё больше хмурится и наконец отвечает:

— А давай чуть в сторону отойдём?

Затем почти что оттаскивает за руку новоприбывшего ближе к углу здания и они о чём-то оживлённо спорят. Активно размахивая руками минут семь.

После чего Кеша достаточно громко говорит:

— Пойду тебе навстречу сразу, как только получу письменное распоряжение от своих. Давайте не будем ссориться.

Новоприбывший на этом и убывает, даже не прощаясь ни с кем, а Кеша возвращается к нам.

— На что они тебя соблазняли? — смеётся военный, тыча пальцем-сарделькой в живот Кеше.

— На совместный рапорт, — хмуро отвечает Кеша, явно не желая развивать тему.

— «У победы много отцов, и лишь поражение всегда сирота»,– смеётся толстокорый военный, не обращая внимания на Кешины деликатные знаки и намёки. — А ты ему что?

— А я ему сказал, что велась видеофиксация. С трёх независимых точек. И искажать содержание рапорта в угоду местным категорически не буду, — плюнув на всё, беззаботно пожимает плечами Кеша.

— Орёл, — с нечитаемой интонацией качает головой военный. — Он же тебе теперь срать будет по каждому поводу? Мстительный гадёныш…

— Знаешь, мне после вчера и сегодня, от его перспектив уже ни холодно, ни жарко, — бормочет Кеша, перебирая в руках китайские документы убитых охранников. — Как говорит наш китайский товарищ Гао, я на этой неделе своё уже отбоялся.