Девушка вернулась обратно и, вооружившись сабельной пилой, принялась вырезать теплоизоляционный материал. При комнатной температуре он выглядел как желе, но на космическом холоде превратился в жёсткий пластик. Собственно, благодаря ему Сальв без опаски среза́л внешнюю обшивку. Сложности начнутся, когда он доберётся до внутренней.

— Чёрт, — выругалась Рокси. — Бомбу устанавливал настоящий профи.

— Что там? — спросил Квадр, переключив изображение на её камеру, и сам же ответил: — Да уж, приятного мало.

— А для необразованной части экипажа пояснения будут? — поинтересовался я.

— Смотри, — указал на монитор пилот. — В этот узел приходят все рёбра жёсткости. Бомба расположена прямо над ним.

— Так мы вроде это знали, нет?

— Скорее догадывались, но надеялись на лучшее.

— Так мы сможем её удалить или как?

— Не нарушив целостность корпуса? Точно нет.

— Ну мы вроде и не собирались никого брать на таран, — пожал плечами я.

— Боюсь, здесь всё немного сложнее, — снисходительно улыбнулся Квадр. — Долго объяснять, не бери в голову. Сальв, дружище, скажи: ты сможешь отделить внутреннюю обшивку, не затрагивая фермы?

— Не уверен, слишком большая площадь нагрева, — отозвался инженер и снял второй прямоугольник внешней обшивки. — Но я постараюсь их восстановить.

— Надеюсь на тебя. Очень не хочется, чтобы нас разметало на атомы в подпространстве.

— А разве нас не защищает магнитное поле? — спросил я.

— Да, но не всё так просто, — всё-таки пустился в объяснение Квадр. — Мы развиваем сверхсветовую скорость только за счёт изменения гравитационных полей. То есть перед нами открывается что-то типа чёрной дыры, которая тянет за собой корабль. Защитное поле удерживает целостность конструкции, чтобы мы не превратились в струну. Это как буксировка на тросе, понимаешь?

— Я не идиот и прекрасно знаю, как работает гипердвигатель.

— Прекрасно. Тогда представь, что с нами будет, если этот трос закрепить на тонкую жестянку. Ну, это я так, образно…

— Я понял: щит просто не справится, и у нас оторвёт носовую часть.

— Именно. Тот, кто это сделал, был очень хорошо знаком с конструкционными особенностями судна.

— Так, я у внутренней обшивки, — прервал наш трёп Сальв. — Клаус, как там с температурой?

— Всё ещё ноль, — ответил приятель. — Можешь приступать.

— Сальв, — остановил инженера Квадр, — всё же попробуй не трогать рёбра.

— Ничего не могу обещать, — уклонился от прямого ответа тот.

— Не скромничай, Сальв, — приободрил инженера я. — Ты же умный мужик.

— Да неужели? А ведь ещё на прошлой неделе я был полным идиотом.

— Извинений ты от меня всё равно не получишь, — ухмыльнулся я. — Зато сможешь доказать свою значимость для команды.