Что бы не гадать, вернутся — не вернутся, связался с «Оводом», и передав наши координаты запросил воздушную обстановку. Убедившись, что повторный налет не грозит, хотел сходить к морякам в гости, как ребята с вышки сообщили: — Товарищ прапорщик, к вам гости идут — моряки, два человека с оружием.

—Принял, иду встречать гостей, на связи Окунев, и внимательно там смотри.

—Все понял, не волнуйтесь…

Когда я вышел из БТРа, моряки были уже метрах в десяти и очень внимательно рассматривали нашу машину. Подойдя ближе, весь интерес уже переключили на меня. Внимательные глаза с небольшим удивлением рассматривали комбинезон, портупею, офицерскую сумку, хорошо что догадался оставить свой «калашников» в БТРе.

Прапорщик Валентир

Флотские подходили вразвалочку, из всех сил изображая просоленных «морских волков». Я же стоял на месте, ноги на ширине плеч, большие пальцы ладоней за поясным ремнем. С полминуты мы мерились взглядами, но за свою службу пришлось и не таких обламывать. Форменки у них были на самом деле темно-синего цвета, а не черного, как показалось мне через бинокль, и каски носить еще толком не научились. Наконец старший матросик не выдержал и немного расхлябанно произнес: — Старшина Бабкин. — Матрос стоящий рядом промолчал.

— Капитан Валентир. — Не стал я отходить от своей легенды, ставшей уже настолько привычной, что сама отскакивала от зубов.

В этот момент, где-то недалеко взревело несколько двигателей и опять послышался тянущий душу лязг гусениц. И практически сразу, чертиком выскочивший из люка БТРа, Окунев закричал дурным голосом: — Немцы в атаку пошли!

Вдруг в монотонный гул моторов и лязг гусениц ворвались резкие и звонкие звуки выстрелов сразу нескольких пушек.

Подбежав к «семидесятке», и одним рывком нахлобучив на голову шлемофон, и прижимая вспотевшей рукой к своему горлу ларингофон, почти крикнул: — «Вышка», что там?

— Наши бьют! По немцам! — по рации обрадовано доложил наблюдатель.

Было хорошо слышно чтобьет что-то скорострельное. И вот опять раздался громкий «п-а-а-х», затем звонкое послезвучие и опять резкие звуки пушек. Было четко слышно, как после этого, нещадно форсируясвои моторы немцы выходят из-под огня. Никто из нихдаже непопытался свернутьк шлюзу.

Вся стрельба длилась от силы пару минут. Подождав немного, я обратился к флотскому старшине: — Надо бы глянуть?

— Не вопрос та-а-щ капитан. — И повернувшись ко второму моряку почти прорычал: — Краснофлотец Китаев за мной! — И легко, почти не касаясь земли, начал подниматься по отрывистому берегу.

— Старшина погоди, не торопись! — нагнувшись к люку БТРа негромко приказал: — Семенов, Добродедов идут со мной. Добродедов «сто восьмую» в сидор спрячь чтобы только «куликовка» и гарнитура наружу понятно?