Это война не по правилам, и охотники, внезапно превратившиеся в жертвы, искренне уверенные в своём праве — вот так вот, без объявления войны… Правь, Британия, морями! Они в своём праве! И внезапно — плен…

… без объявления войны! Со всеми вытекающими и втекающими, вроде собственного неопределённого статуса. Нападение военного корабля в мирное время, да тем более в нейтральных водах, трактовать можно очень по-разному — вплоть до виселицы за пиратство.

А у меня такое право, между прочим, имеется! Пост атташе я покинул, но по приезду в Дурбан и далее в Кантонах, на меня навалили с десяток почётных и ни к чему не обязывающих должностей, полный список которых не уместиться ни на одну визитку…

— Гениальный молодой человек, — саркастически сказал неприметного вида немолодой чиновник, глядя на список должностей, — но дура-ак…

Он захихикал и подвинул к себе досье, и причмокивая изредка дряблыми губами, принялся составлять Схему. Ничего нового…

… для бюрократа со стажем. В Дурбане, где большая часть чиновничества — горящие огнём служения неофиты, лишённые опыта, и вовсе уж случайные люди, сойдёт. Пусть другие лезут вперёд, собирая все шишки, а он уж как-нибудь в сторонке, хе-хе!

Скромный серенький чиновник, у которого даже волосы расчёсаны так, чтобы подчеркнуть некрасивую, жалкую плешь. Крыска канцелярская, серая и неприметная, одна из многих.

Работа в архиве, кабинет в конце коридора, где почти никто и не бывает. Должностишка мелкая, хлопотливая, карьерных перспектив никаких, но для человека с пониманием…

… золотое дно! И что немаловажно — никакой ответственности!

— Это только по молодости да глупости думать можно, што почётные должности ни к чему не обязывают, — приговаривал он с одышкой, пристраивая все почётные титулы, выписанные на картонных квадратиках к Схеме, похожей на раздавленного осьминога.

— Человек с пониманием… — он послюнявил палец и перелистнул страницу досье, — знает, как устроен мир и не нуждается в мишуре. Ага, ага…

Чиновник замер, ловя ускользающие мысли, и переложив квадратики, провёл карандашом несколько стрелок, дополняя план.

— А если так? — склонив голову набок, он критически посмотрел на получившееся, выискивая слабые места, — Ага, ага… вот и наш обладатель почётных должностей и титулов в Схему встраивается!

— А право подписей у вас, Егор Кузьмич, имеется, — пропел чиновник, навалившись на стол и увлечённо делая пометки, — и к должностям вашим — за-амы прилагаются… хе-хе! Тоже с правом подписей! И кто же у нас в Дурбане будет пристально рассматривать дела национального героя, особенно если намекнуть, что идут они под грифом «Перед прочтением съесть»⁉