" — До следующего раза!" — прочитала она по губам.
[i] Н. К. Крупская, хорошо знала разных эсеров-террористов, разбиралась в оружии, взрывчатке и т.д., и, возможно, училась работе с оружием и взрывчаткой.
[ii] Ленин в реальной истории не был боевиком, отрицательно относясь к террору вообще, однако охотником он был умелым и страстным, так что оружием владел как минимум неплохо. Здесь же, после Летнего Восстания, где он (волею автора) руководил восставшими и принимал участие в боевых действиях, характер его должен был стать несколько более «жёстким».
Сердце лупит по рёбрам как боксёр-профессионал, норовя разломать к чертям грудную клетку, победив меня инфарктом до окончания жизненного раунда. А британский таможенник, как назло, задерживается на раскалённой палубе «Авроры».
Капитан, вместо того, чтобы сунуть ему на лапу и выпроводить наконец вон, общается, как с давно не виденным старым приятелем. Будто встретились два одноклассника невесть через сколько лет, и хотя карьера у них сложилась по-разному и точек соприкосновения практически нет, постоянно в разговоре всплывают школьные годы, фраза «А помнишь?» и ностальгия…
— Ой, бля… — слышу позади себя, и молча показываю кулак, заложив руку за спину. Наконец, чиновник явно нехотя покинул палубу, неспешно спустившись в шлюпку с гребцами-индусами, и коллективный выдох экипажа прошелестел по судну, накалённому готовностью к вооружённому сопротивлению и возможностью прорыва из порта на всех парах.
— Отвела матушка-Богородица, — громогласным шёпотом сказал второй механик, истово крестясь, и примеру его последовала добрая половина экипажа. Сдерживая добрые и ласковые пожелания, я только рыкнул сдержанно, но народ внял и заткнулся наконец, став молиться без прежнего громогласия.
— Што так долго? — нервенно поинтересовался Санька у невозмутимого капитана.
— Долго? — удивился тот, прикусив трубку, — Разве? Обычная беседа двух джентльменов, и нам очень повезло, что матушка достопочтенного мистера Добкинса имеет курляндские корни, и во мне он, некоторым образом, увидел земляка.
Санька искривил губы, но смолчал, зная уже цену таким вот мелочам. Чиновник колониальной администрации в Индии, даже мелкий, далеко не царь и Бог, но…
… для подчинённых разница невелика. И если белый сахиб благосклонно настроен к морякам, то кто они такие, чтобы идти против Воли Сахиба⁈
— Никаких увольнений, — коротко сказал я, окинув экипаж выразительным взглядом, — а то помянет кто на берегу «Матушку-Богородицу», и нам конец.
Загримированный, я выгляжу лет на тридцать, более всего походя на янки из Нью-Йорка. Не то чтобы у британцев с американцами ныне любовь и лобызание в дёсны, но акцент в моём английском почему-то именно нью-йоркский, и деваться в общем-то некуда. Могу имитировать ещё шотландский, но скверно и скорее для тех, кто не часто сталкивается с шотландцами в реальной жизни.