Сначала он пропустил срезы через свою программу, которая рассчитывала поля и подполя мозга. Первое, что он увидел — это огромные зрительные поля №№ 17,18 и 19 и не тридцать подполей, а почти вдвое больше. Около тридцати подполей вообще раньше ему не встречались. Его программа просто их не видела, хотя они были прямо перед глазами. Тогда ему пришлось добавлять новые подполя и пока. Что он их функции оставил без описания. По примерному количеству нейронов они содержали в тридцать раз больше нейронов по сравнению с нормальным среднестатистическим человеком. Общий же скан показал, что вес мозга у него был почти 2 килограмма. Осталось понять стоит ли это все публиковать или оставить как есть. С этим вопросом он приехал к отчиму. Потому как с кем еще советоваться, как не с член-корром АН России.

Александр Иванович Бородин был человеком умным и осторожным. Он понял, что Влад наткнулся на реально прорывную тему, которая может его поднять или утопить. Поэтому он взял паузу, чтобы по своим каналам пробить тему, которую копает его пасынок.

Влад же был на дежурстве, когда в Склиф привезли пару после ДТП. Он сразу определил по ауре, что у девушки внутренняя мозговая гематома и если ее не удалить, то это может привести к летальному исходу. Ночью никого из хирургов не было и он сразу позвонил заведующему и Мшвениерадзе дал добро на операцию. Операция сложная, но когда-то надо было начинать делать и их. Влад блестяще провел вмешательство. В аурном зрении он прекрасно видел гематому и аккуратно ее удалил. Хирургическая бригада была поражена. Он провел операцию как по нотам. Ни одного лишнего движения. Сейчас все операции фиксировались на видео и потом после разбора все удивлялись, как он смог разглядеть то, чего никто не увидел. Ведь он работал без микроскопа. На что Влад устало заметил, что просто увидел, а как и сам не знает. После чего уехал на свою дачу отсыпаться.

Утром он встал и приготовил себе холостяцкий завтрак. Пару яиц всмятку, тосты с маслом и джемом, творог со сметаной и блинчики с чаем. Сегодня он точно никуда не поедет, а останется дома. Но тут его уединение потревожил звонок в дверь. Он вышел к калитке и увидел курьера экспресс-почты, который ему передал пакет, попросил расписаться в получении и был таков. Влад удивленно пожал плечами и пошел обратно в дом. Там он разорвал плотный конверт из серой бумаги, в котором была флэшка и письмо в конверте из странной бумаги, которая больше походила на пластик. Первым делом он вскрыл письмо. Оно было отпечатано на лазерном принтере со шрифтом на манер старого каллиграфического письма. Когда он пошел в школу там еще преподавали чистописание и он помнил все эти завитушки, что требовали от них учителя. Сейчас этот предмет уже не преподавали. В письме была ссылка на его отчима и его просьбы вспомоществовать его исследованиям и для этого его приглашали в лабораторию, которая занималась примерно тем же. Она находилась на Южном Урале и его там ждали при любой оказии. Там же прилагался телефон диспетчера в Белорецке. Ему надо было лететь до Магнитогорска и там доехать на автобусе или такси до Белорецка, где его подхватит транспорт лаборатории. После этого была просьба сжечь письмо в печке и оставить только памятку в виде визитной карточки. На флэшке он сможет почитать некоторые результаты их работы.