— Давай-ка ВладИслав присядем на дорожку, — проговорил домовой, с ударением на «И», как у поляков, — по старой традиции, а то дороги не будет.

Они присели, и тут домовой обратился к Юнне:

— Ты, девонька, держись своего мужа. Есть в нём сила немереная. Просто он ею ещё не овладел. — Он залез в свой сидор и вытащил оттуда маленький серебряный медальон на кожаном шнурке. — На, вот тебе от сглаза. Больно красивая ты. А он отведет от тебя злые взгляды. Бери-бери. Коли иду к вам жить, то моё дело, чтобы хозяевам хорошо было. Тогда и дом — полная чаша.

На заимке по приезде домовой тут же стал всё осматривать и принимать хозяйство. Титыч сразу подружился с Силычем.

— Эх, ВладИслав, и кот у тебя пригожий, и умный страсть — настоящий сибиряк, — похвалил Силыч. — И дом справный. И хозяйство что надо. Настоящий царский егерь. И лес вижу, любишь, не даёшь ему гореть. Так что и для меня работа найдётся.

Так Лука Силыч и остался. В доме стало как-то сразу уютнее. Он прибил старую подкову в притолоку рогами вверх, посыпал пороги какой-то травкой и разместил какие-то свои амулеты в разных частях дома.

Так у Влада появилось свободное время для работы. Он тщательно изучал производные нейросети и пытался синтезировать отдельные клетки, некоторые белки и вообще перестал вылезать из лаборатории.

Деньги от продажи программ он вложил в завод по производству мониторов на светодиодах и урезанных чипов. Строить его стали тут недалеко, на территории бывшей Кореи. Проектировал его Бабай, а ТЗ писал Влад. Под заводом он расположил автоматическую линию по производству 2-Д материалов, которым тоже командовал Бабай. Там вообще не было людей — одни роботы.

Что касается нуклеотидов нейросети, то всё-таки удалось составить цепочку, и Бабай смог просчитать порядок синтеза. Задача была очень сложная, и без него точно бы ничего не вышло. Параллельно он давал Юнне базы знаний и готовил её к поступлению в МГУ.

Автоклавы или синтезаторы — непонятно, как их точно называть, были тоже изготовлены позже и размещены в тоннелях. Часть нейросети была помещена туда, и начался процесс синтеза субстрата нейросети. Он представлял из себя вытянутые длинные клетки, которые позже будут утолщаться и потом особым образом свёрнуты — вся технология была на кристаллах. Просто следить за всем человек был не в состоянии. Надо было отслеживать два десятка параметров, чтобы не прерывать процесс синтеза. Продвинутые чипы и нейросети останутся в заповеднике. Завод же просто будет зарабатывать деньги. Мониторы и чипы уже на предзаказе. Спрос обеспечен.