невидимой.

Он молча ставит бокалы на край раковины, наливает вино.

Затем подходит ко мне.

Он массивный мужчина, но движется плавно, с грацией хищника.

Он не говорит ни слова. Его пальцы, прохладные от бутылки, вдруг запутываются в моих

влажных волосах.

Он сжимает их в кулак, не больно, но твердо, контролируя каждый мой вздох.

Затем он подносит ко моим губам свой бокал.

Темно-красная жидкость колышется, как кровь.

Отпей. И покажи, на что способен твой язычок.Что?Поработай язычком. Полижи хорошенько.

Его слова повисают в воздухе, густые и влажные, как пар от воды. Они звучат как приказ, от

которого по спине бегут мурашки.

Стыд прожигает меня изнутри, но тело уже реагирует на этот низкий, властный голос.

Такая опытная, как ты, хорошо уметь должна,

- добавляет он, и в его тоне сквозит

насмешка, смешанная с ожиданием.

Он подталкивает меня к себе, и его пальцы спускают трусы. Воздух касается кожи, и я

чувствую, как по щекам разливается огненный румянец.

Пахнет им. Мной. Сексом и... кровью. Той самой, что он пролил во мне. От этого запаха

кружится голова.

- Извините, я... - я пытаюсь что-то сказать, что-то объяснить, но слова застревают в горле.

Как я возьму эту толстую, длинную штуковину в рот?

Подавлюсь!

Не смогу...

Я еще никогда не пробовала делать минет.

Ни-ког-да!

Он усмехается коротко и жестко.

- Ладно, минет оставим на утро. Люблю, когда меня будят отсосом.

Его руки скользят к моим бёдрам, поворачивая меня. Хватка твёрдая, не оставляющая

сомнений.

- А пока привстань и попку на меня.

Сердце замирает. Это слишком. Слишком быстро, слишком откровенно.

Я ищу хоть какую-то отсрочку, хоть маленькую возможность прийти в себя.

- Может быть, помоемся? - выдыхаю я, и голос звучит слабо, едва слышно.

Он замирает на секунду. Его взгляд буравит меня. Затем раздаётся короткий, хриплый смех.

- Ладно, уговорила.

Он меняет положение, раздевается и садится в ванну.

Воды сразу же становится больше.

Он сразу тянет меня к себе, на бедра.

Его руки снова на мне, поворачивают, направляют.

- Сверху сядешь. Помоемся...

Его голос становится тише, но от этого не менее властным.

Это не отсрочка. Это просто смена декораций.

Игра продолжается. И правила по-прежнему диктует он.

Я сажусь сверху на его бедра.

Лицом к лицу.

Пожалуй, в других обстоятельствах... Я бы несомненно запала на такого, как он: взрослый,

сильный, в чем-то жесткий.

Но такой брутальный самец, настоящий мужчина!

Сейчас, увы, с маскулинностью у парней не очень хорошо дела обстоят: сколько парней

метросексуалов…. А сколько тех, кто ходит на маникюр даже чаще меня...

Вот только обстоятельства таковы, что не выйдет ничего хорошего из этой встречи, полной