осмелится. Или я его убью. Клянусь, убью. Я убить за тебя готов! - произносит он.
Я несмело киваю.
Имран поднимается и подхватывает меня на руки, несет к своей машине.
Поехали, пусть тебя осмотрят в больнице.Все хорошо, правда, - пытаюсь сказать, но выходит плохо.
От удара я, кажется, сильно прокусила внутреннюю часть щеки и язык.
- Не возражай, девочка. Так надо... Мы это оформим, как полагается, - заявляет Имран. - И пусть только суется. Пусть только попробует что-то вякнуть. Я был в своем праве - встать на защиту своей женщины, своей жены, а он получил по заслугам.
Эти слова такие приятные, что я даже пытаюсь улыбнуться.
Сквозь боль и слезы.
Кстати, тебе нужно будет сменить паспорт, - произносит Имран, уложив меня на заднее сиденье своей машины. Он снимает с себя куртку и скручивает ее валиком, подложив мне под голову.Что-то? - прикрываю глаза.
Все плывет.
Кажется, у меня сотрясение.
Поэтому чудится, наверное, что Имран произносит:
- Я же говорил, что решу это. Решил. Официально, ты уже - моя жена, а свадьбу сделаем
позднее.
Бред.
Но какой же сладкий бред...
Я точно заработала сотрясение.
- Спи, девочка, набирайся сил.
Оставив поцелуй на сладких губах сонной Джулии, я выхожу из палаты.
Мой телефон разрывается от входящих звонков.
В числе пропущенных - звонки от сыновей.
Но я первым, кому я решил перезвонить, это мой адвокат.
Тот, кого я направил в семью Зариповых для разъяснения нюансов.
Мы сделали шаг первыми, прежде, чем Зариповы высказались.
Я атаковал первым, они заняли оборонительную и не самую выигрышную позицию.
Договариваемся о встрече, речь придется вести с отцом Тимура Зарипова, дедом Джулии.
Уважаемый бизнесмен с большими связями. Старик, но все еще крепкий.
Я выказываю ему должное уважение, он отвечает сдержанно, с достоинством, показывает свое
воспитание.
Иногда со старшим поколением приятнее иметь дело, чем с некоторыми своими ровесниками,
такими, как Тимур Зарипов, в особенности.
- Вы избили моего сын, Имран. Теперь он лежит на больничной койке. Сотрясение,
многочисленные переломы, ушибы...
- Я не избивал вашего сын. Но я ответил ему, как полагается ответить мужчине, когда кто-то
обижает его любимую женщину. К слову, вашу внучку.
Ноздри затрепетали, по лицу старика проносится тень.
- Джулия - не наша внучка, - отрицает он. - Я никогда не принимал связь сына с этой
русской! Никогда. И детей от их брака, который был ошибкой, тоже не признавал!
Вот как? Однако сам Тимур настаивал, что Джулия должна слушаться его как отца. Он даже о сватовстве осмелился что-то сказать, - усмехаюсь. - Что особенно смешно, если учитывать, что мы с Джулией женаты.