— Инга скоро уезжает, — спокойно поведал Игорь, подойдя ближе. — Сейчас у нее какой-то важный разговор, но она хотела знать, поедешь ли ты с ней или своим ходом.

— Нет, Игорь, лучше я с тобой до метро прогуляюсь, — ответил Алик, заметно взяв себя в руки, хотя голос у него был натужно бодрым. — Надо немного голову освежить, а то эта канитель мне все нервы вымотала.

— Ладно, ребята, пока, — поспешно сказала Полина, неловко изобразила вежливую улыбку и пошла к выходу. У дверей она на секунду обернулась и заметила, что Игорь, добродушно улыбаясь, положил ладонь на плечо Алика и сказал что-то.

К этому времени лето плавно перетекало в мягкую, дружелюбную и в то же время строгую осень, когда солнце все еще ослепительно блестит среди листвы, но в воздухе вместе с прохладой проскальзывает тревога и грусть. Полине все чаще казалось, что короткий роман с Аликом был не более чем наваждением, к тому же он внял настоятельным просьбам девушки и не беспокоил ее, обращаясь только по рабочим вопросам. До свадьбы оставалось две недели, и Полина понемногу привыкала к мысли о грядущей новой жизни, в которой уже не будет причин общаться с бывшими сокурсниками.

И наконец настал день торжества. От девичника Инга категорически отказалась, хоть Катя и пыталась ее на это подбить, а мальчишник был исключен, так как Алик до свадьбы решил соблюдать «сухой закон», чтобы хоть на банкете позволить себе пару бокалов легкого вина. О «выкупе», разумеется, речи не шло: ребята и и так считали этот ритуал глупым и пошлым в двадцать первом веке, а уж в контексте данного мезальянса он был совсем неуместен.

Поэтому с утра Полине предстояло ехать прямо на побережье Финского залива, где должна была состояться регистрация и праздник. Она равнодушно, почти на автопилоте, оделась и причесалась, купила приличный, хоть и скромный букет белых роз и отправилась на Финляндский вокзал.

Обстановка торжества в целом была скромной и элегантной, как и обещала Инга. Рядом с ней стоял Алик в костюме цвета молочного шоколада и кремовой рубашке — галстуков он принципиально не носил, и на этом Инга не стала настаивать.

После официальной части все сразу сели за стол и начались поздравительные речи. Первыми слово взяли родители невесты, и наконец Полина увидела их воочию. Жарицкие, еще весьма молодые, подтянутые и привлекательные люди, культурно держались и приветливо встретили своих сватов, и все-таки даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, кто здесь хозяин.

Чета старших Кузнецовых, напротив, выглядела растерянной, даже какой-то настороженной, и никак не могла расслабиться. Наблюдая за матерью новобрачного — хмурой женщиной с бледным лицом, втиснутой в явно неудобный брючный костюм, и отцом, который выглядел пожухлой копией Алика, словно красивый, но побитый погодными ненастьями цветок, — Полина сделала вывод, что состояние простой и мирной радости жизни давно было им несвойственно.