Первое — от Юрия Сергеевича:

«Твой план одобрен. Местонахождение Надежды установлено. Готов вылетать сейчас?»

Второе — из двух слов — от Алии, с ее революционного номера:

«Все готово».

Опускаю веки. Нет, я не возомнил себя суперменом, который с ноги открывает двери высоких кабинетов, и могущественные спецслужбы делают, как он сказал, просто потому, что он так сказал. С Алией все понятно, она рада снова подсосаться к ресурсу — черт знает как, но эти пауки договорились. А Юрий Сергеевич… он, как говорила в таких случаях моя бабушка, хочет чужими руками жар загребать. Как бы ни был безумен мой план, в случае провала Штаб теряет только меня… а я и так уже потерян, ведь Кукловод не угомонится, пока меня не убьет. Я до сих пор не в бронированной камере не потому, что такой свободолюбивый, а потому, что там от меня не будет толку — чтобы выполнять свою функцию, мне нужно гулять по городу, наблюдать, общаться с людьми. Для Штаба я уже по существу списанный расходный материал, и если паче чаяния моими руками удастся устранить врага — с паршивой овцы хоть шерсти клок. А если не удастся — докажут, что я действовал сам по себе, такой неуправляемый…

Все это неважно теперь. Отвечаю Юрию Сергеевичу одним словом:

«Готов».

Что тут рассусоливать.

Немедленно приходит билет — наверняка он был куплен до того, как я ответил. И Надежду вряд ли разыскали аккурат к тому моменту, как я закончил очередное дело — просто ждали, когда она пригодится. Вот, пригодилась.

Открываю билет — вылет через два часа; хорошо, что аэропорт рядом. Город, в котором живет теперь Надежда, не так уж далеко от моего — можно добраться за шесть… нет, за четыре часа, ведь пустили скоростной поезд. Как же я соскучился по дому…

На минуту представляю, как выхожу на знакомую до последней щербинки в асфальте вокзальную площадь, сажусь в тридцать девятый троллейбус и еду домой. Оля встречает меня в прихожей — теплая, уютная, пахнущая ванилью и мятой. Федька словно бы нехотя показывает очередной проект — «совсем лажа или стоит допиливать, чего думаешь, Сань?» В субботу мы все вместе едем к моей маме и терпеливо выслушиваем ее жалобы на управляющую компанию, которая опять неправильно сделала перерасчет по показаниям водосчетчиков. Я расспрашиваю Юльку о ее репетиторах и налаживаю контакт с Натахиным, кажется, уже женихом — они так и не разбежались, наоборот, притираются друг к другу. Потом звоню Лехе, мы заваливаемся в любимый паб и наливаемся по глаза индийским бледным элем с фирменными гренками. В понедельник, несмотря на похмелье, на работу — к горе неподписанных документов, вникать в запущенные дела. Я соскучился даже по Ксюше с ее вечными жалобами на бывшего мужа и актуальных клиентов и по Витале с его «Чо», на которое я неизменно отвечаю «Через плечо!» Господи, всего-то четыре часа на самолете… и все равно что другая планета. За право вернуться в старую уютную жизнь, даже за собственное имя мне теперь придется сражаться.