— Никто не может мне объяснить, зачем я здесь нужен.

— Ну как — зачем? Ты же свободный от Дара. Кроме тебя есть только твой брат, но медики сообщают, что он до сих пор не в форме. И Алины исследования…

— Они зашли в тупик. Аля хочет взять паузу, пересмотреть методику отбора кандидатов.

— Тогда тренировки с Ветром…

— Их полезность исчерпана.

— На все у тебя есть отговорки! Ты должен быть здесь, чтобы в любой момент подняться по тревоге! Не ожидал от тебя такой безответственности, Саша! Понимаю, служить Родине может быть не только опасно и трудно, но и попросту скучно в некоторые моменты. Но это же не повод проситься домой. Давай ты вернешься к тренировкам, и мы с тобой просто забудем об этом разговоре.

Юрий Сергеевич выглядит возмущенным до глубины души — ни дать ни взять любящий папаша, стыдящий сыночка за обмоченные штанишки. Если бы я не знал, что передо мной за человек — возможно, принял бы его эмоции за чистую монету. Но этот прожженный комитетчик виртуозно умеет изображать то, что нужно в данный момент.

Кабинет Юрия Сергеевича подчеркнуто безликий, среднестатистический: деревянные панели, дежурный портрет президента на фоне триколора, заснеженная рябина за окном. Здесь у всякого невольно возникает ощущение, что он уже много раз в таких кондовых присутственных местах бывал. Наверно, это должно притуплять бдительность. Да и сам Юрий Сергеевич выглядит как обычный чиновник средней руки: усы, обвисшие брыли, глаза чуть навыкате, внушительное пузо под пиджаком…

Не даю сбить себя с толку:

— Мы не будем забывать об этом разговоре, Юрий Сергеевич. После Одарения я пять месяцев оттрубил в полиции, явился туда даже раньше объявления мобилизации — потому что знал, что я там нужен. А здесь я не нужен.

— Ты ведь согласился нам помогать!

— Согласился, когда речь шла об участии в расследовании Прорыва в Карьерном. Но без Дара — какой от меня толк…

— Да там как раз и без тебя обошлись. К следствию подключили лучших из лучших, у всех профильные Дары…

— И по-прежнему ничего?

Юрий Сергеевич разводит руками:

— Увы. Никаких следов. Преступник предусмотрел все. Видимо, возле шахты он носил костюм эксперта-криминалиста, потому что даже потожировых следов не оставил. На повороте с трассы камер нет. Судя по отпечаткам, машины он менял… и вряд ли те покрышки сейчас существуют. И с похищениями обоих будущих сверходаренных та же история: ни камер, ни свидетелей. Обе жертвы — полагаю, в этом контексте мы можем называть их жертвами — жили в одиночку, так что их исчезновение заметили далеко не сразу. И полиции через месяц после Одарения было не до них.